Читаем Осада вечности полностью

Наш народ, который на протяжении долгого времени противостоял тирании Испании, США, Японии, а затем снова США, наконец обрел свободу и как равный среди равных в числе других стран — участниц Генеральной Ассамблеи ООН наделен соответствующими правами. Но пользуемся ли мы ими сполна? Нам отказано в кресле участника Совета Безопасности. Мы получили отказ на наше прошение сделать тагалог одним из официальных языков ООН. Нашему делегату предложены посты во второстепенных комитетах Генеральной Ассамблеи. Еще ни разу представитель Филиппин не избирался в ООН на высокую должность. А теперь нам заявляют, что нашему представителю отказано в праве участвовать в допросе свидетелей во время внеочередного заседания.

Пора недвусмысленно заявить о своей позиции. Предстоящая встреча в верхах США, Японии и КНР по международной торговле и правам человека может стать для этого удобной трибуной. Если мы стремимся обрести подобающий статус, необходимо принять ответные меры. Это не только наше право, но и наш долг.

«Манила геральд»

— Прекрасно, — заметил Пелл, — вот и займитесь. Что скажете, генерал? — обратился он к представителю космического агентства. — Если обнаружим их корабль, сможем мы использовать для поражения цели наше размещенное в космосе оружие?

— Может, да, а может, и нет, — уклончиво ответил тот и пустился в долгие рассуждения на тему, от чего это будет зависеть и вообще сработает ли этот металлолом, после того как бесхозным болтался на орбите несколько десятилетий. — Хуже всего то, что военные спутники занимают не самое удачное положение. Ведь если вы помните, нам пришлось передвинуть их орбиты для защиты «Старлаба».

— А какая позиция представляется вам оптимальной? — раздраженно спросил Зам. Было видно, что стимуляторы бодрствования сказываются и на нем.

— Опять-таки все зависит от их нынешнего положения. Ведь первоначально они были направлены против космического оружия других стран и ракет класса «земля — космос», а отнюдь не для того, чтобы поражать цель за десятки миллионов километров. — Генерал прокашлялся. — Извините, но я бы хотел задать вам один вопрос. Вы действительно хотите, чтобы мы вели огонь по этому инопланетному кораблю?

— Если понадобится, мы примем соответствующее решение. Сейчас же хотелось бы знать, чем мы рискуем. — Зам посмотрел на цифры на дисплее. — Давайте сначала поговорим о мерах безопасности. Предположим, что Страшилы прослушивают все наши радиопередачи. Вот почему необходимо ввести цензуру эфира. Например, нельзя допустить, чтобы кто-то озвучил наши планы применить космическое оружие. Страшно представить, каким оружием располагают эти создания. И поэтому, коль уж мы вознамерились нажать кнопку, неразумно во всеуслышание объявлять о своем намерении.

Зам умолк и посмотрел на Хильду. Та подняла руку.

— Все дело в «жучках», — пояснила она. — Я говорила с полковником Макланосом. Здесь мы вновь сталкиваемся с проблемой.

Помните, что нам рассказал «второй состав» участников экспедиции? Они знали всё о тех, кому были вживлены передатчики.

Теперь Зам повернулся к спецу-электронщику. Тот был само спокойствие.

— Нами не обнаружено никакого радиоизлучения. И вообще что они могут передавать? Пока эти «жучки» лежат на полке в лаборатории, им не доступна никакая информация.

— Тогда проследите, чтобы никакой идиот их ею не снабдил, — распорядился Зам. — Никаких посторонних разговоров в стенах лаборатории, особенно о том, что происходит здесь, у нас. Ты это имела в виду, Хильда?

— Вы правильно меня поняли, сэр. Кроме того, полковник Макланос обратил мое внимание еще на одну проблему. Не исключено, что Чудик снабжен передатчиком. Иначе как он общается с теми двумя, что всегда молчат?

— М-м-м… — промычал Зам, погружаясь в кресло. — А вот это уже действительно проблема. — Он обвел взглядом присутствующих. — Какие будут соображения?

— Выпотрошить их, и все тут, — раздраженно буркнул какой-то пентагоновец.