Читаем Орфей курит Мальборо полностью

По правде говоря, Геракл, это твой очередной очень странный поступок. Ты ведь и сам знаешь, что такое необъяснимое поведение за тобой водится. Вспомни, сколько редких и замечательных животных ты уничтожил? Немейский лев задушен. Лернейская гидра порублена на кусочки! А стимфалийские птицы кому мешали? Ты их перестрелял, словно куропаток в поле…

И все из-за неуемного желания прославиться, дорогой Геракл! Слушай, а эти приступы безумия и неосторожность в применении твоей силищи? Своего любимого учителя кентавра Хирона ты ранил отравленной стрелой, и старику ничего не оставалось делать, кроме как от жуткой боли прямиком отправиться в Аид! Когда же мы сели на корабль Арго и отправились на поиски золотого руна, наш вождь Ясон очень рассчитывал на тебя, Геракл. А ты взял и исчез почти сразу! Ну а про ужасную судьбу твоих несчастных детей от Мегары лучше даже и не вспоминать…

Я давно знаю тебя, Геракл, и, кажется, понял, в чем дело. Ты же все время тренируешься – бросаешься огромными скалами, таскаешь на себе горы тяжестей и металла. Это, конечно, дает свои результаты – твоя мускулатура говорит сама за себя. Но эта сила и красота имеют свою оборотную сторону. Вчера я говорил с врачом Асклепием. Он рассказал мне, что от таких упражнений в кровь поступает особое вещество. Асклепий назвал его мудреным словом – тестостерон. Он подозревает, что ты воспользовался услугами ушлого Гермеса, который где-то достал для тебя его немалую дозу. Применение этого загадочного вещества, по словам врача, помимо роста силы, приводит к приступам безумия и необдуманным поступкам! Так что, дорогой мой Геракл, заканчивай-ка ты с этим делом! Отдохни, как следует, съезди в Милет, погуляй там и попей водички из ручья. А если захочешь участвовать в Олимпийских Играх, то не раньше, чем через год!

– Я люблю вас! Пока! – Ник всегда заканчивал концерт этими словами. – До встречи в следующем году!

Концерт был последним в этом сезоне. Он прошел, как это часто бывает в провинции: довольно скверный звук, убогая сцена местного модного клуба, оформленного в стиле девяностых, заплеванный танцпол с прыгающей толпой. Спроси его завтра, Ник не смог бы назвать город, в котором он играл в очередной раз, – так они слиплись в сплошной ком. Владельцы провинциальных площадок практически всегда и везде старались угодить приезжим звездам – угощали лучшим алкоголем и местными яствами, приглашали хорошеньких девочек (а иногда – о ужас! – и мальчиков!) – в общем, старались, как могли. За это они лезли фотографироваться, объяснялись в светлых чувствах, травили старые байки – словом, пытались и развлечь, и себя показать.

Так и на этот раз: олигарх местного разлива, из тех, кого обычно вежливо называют «авторитетными предпринимателями», оказался гитаристом-любителем. Он был владельцем мясокомбината, стадиона и еще бог знает чего, но пришел в гримерку сразу по окончании выступления. В неуютной и холодной клетушке немедленно появились отличный виски и разнообразная закусь. Гость немного нелепо благодарил за выступление, увлеченно рассказывал Нику и его ребятам о своих гитарах, вовсю сыпал названиями и моделями инструментов.