Читаем Орбита жизни полностью

Но как складывался этот удивительный русский характер, как пришел Юрий Гагарин к величайшему подвигу, свершенному впервые за всю историю человечества, и почему выбор эпохи пал именно на него? Ответа на эти вопросы еще долго будут искать люди Земли. И все равно, даже тогда, когда детально изучат его биографию, — любой ответ будет неполным. В подвиге и жизненной судьбе Юрия Гагарина удивительно ярко отразилась трудная, но гордая история нашего общества, тесная преемственность поколений, величайшие, неисчерпаемые возможности советского строя, создавшего этот крепкий сплав всего самого красивого, что есть в советском человеке — коммунисте!

Родословная Юрия Алексеевича Гагарина до удивления типична. Многие в его судьбе могут узнать свою.

Семья, в которой он родился, — самая что ни на есть обычная, рядовая, крестьянская. Отец космонавта — Алексей Иванович Гагарин — смутно помнит свое детство, прошедшее в старом исконном русском краю, на Смоленщине. Один надел земли — две сажени на всю семью. А семья — большая. Шестеро братьев и сестра. С шести лет он в подпасках, в шестнадцать лет начал плотничать. Так и жил до тех пор, пока не встал на ноги…

Не легче складывалась судьба и у матери Юрия — Анны Тимофеевны Матвеевой. Ее отец — Тимофей Матвеевич — десятилетним мальчонкой попал с той же Смоленщины в Петербург. Каким только делом не пришлось ему там заниматься, зарабатывая на жизнь! Он расчесывал щетину для кресел, разносил товары, был мальчиком на побегушках. Тимофею было шестнадцать лет, когда старший брат Ефим определил его на гвоздильный завод, а в 1892 г. попал Тимошка на Путиловский, сперва в паровозо-механическую, а позже в шрапнельную мастерскую.

Здесь, на Путиловском, в 1905 г. Тимофей Матвеев участвовал в революции. Он едва уцелел 9 января, когда царь расстрелял путиловцев у Нарвских ворот…

Через девять лет Тимофей Матвеевич получил на производстве тяжелое увечье. Подлечившись, он смог работать только сторожем.

Тяжело жилось многодетной семье. Сергею Матвееву, сыну Тимофея Матвеевича, было всего лишь пятнадцать, когда он тоже пошел по стопам отца. Сперва он — мальчик проходной конторы на заводе, а с 1915 г. — ученик токаря турбинной мастерской. Он быстро перенимает славные традиции путиловцев, людей, о которых Ленин говорил: «Это — пролетарии, испытанные и закаленные в борьбе… авангард революции и в Питере и во всей стране». Ровно год проработал Сергей в турбинной мастерской: 1 марта 1916 г. его уволили за участие в забастовке. Через неделю ему удается устроиться на верфь, но 31 октября Сергея увольняют и отсюда. В его учетной карточке появляется пометка: «Приему не подлежит: забастовка октябрьская».

Увольнению Сергея предшествовал обыск у Матвеевых.

В архивах жандармского управления сохранились документы, скупо повествующие об этом событии. В ночь с 27 на 28 октября 1916 г. трое жандармов и дворник ворвались в квартиру № 3 дома 12 по Богомоловской улице, где ютились Матвеевы и их земляк Дмитрий Кузьмич Зернов. Перерыли весь дом, распороли подушки, скинули с этажерки книги, вытащили из-под больного Тимофея Матвеевича матрац, вытряхнули из матраца солому, шуровали в печке, простукивали стены…

Ничего предосудительного они не обнаружили. И не удивительно: Сергей, предчувствовавший угрозу обыска, буквально накануне надежно спрятал запрещенную литературу. Подпольные брошюры и листовки были упакованы в железные, обложенные изнутри войлоком коробки и скрыты под металлической обшивкой печки. Сестра Аня вместе с младшим братишкой помогала Сергею. Однако отсутствие улик не спасло их соседа. Назавтра Дмитрий Зернов был схвачен полицией и отправлен по этапу в Иркутск… Матвеевых чудом миновала такая же участь.

В годы революции и гражданской войны Сергей Тимофеевич, безраздельно связавший свою судьбу с партией, сражался на фронте. Умер он от тифа. Тимофей Матвеевич тяжело болел. Известие о гибели сына совсем подкосило его. В 1918 г. семья принимает решение уехать из Питера на родину — в деревню Шахматово Гжатского уезда Смоленской губернии.

Анне Тимофеевне, теперь старшей из детей, пришлось принять на свои плечи все заботы по хозяйству: отец по-прежнему недужил, а мать еле управлялась в доме.

В двадцать втором году вся семья переболела тифом. А год спустя жизнь взяла свое: полюбила Аня Матвеева молодого плотника Алексея Гагарина из соседнего села Клушино. Нельзя сказать, чтобы статным был он, однако и душевный и хозяйственный парень. «Золотые руки у Гагарина», — так говорили о нем на селе. И слесарить умел, и пахать, и печку сложит, и дом срубит… Говорил он не красно, да работать умел. Словом, сыграли свадьбу, и переехала Анна к Алексею.

Когда стала беднота объединяться в артели, вступили в колхоз «Ударник». Позже, когда слили несколько маленьких хозяйств, колхозу дали имя Сушкина, военного комиссара, убитого в этих местах кулачьем. Анна Тимофеевна работала и дояркой, и свинаркой, и телятницей, и в полеводстве, — любая колхозная работа была ей с руки; что нужно было, то и делала. Тем временем в семье подрастали ребятишки.