Читаем Оптимистка. Дневники. полностью

Сказано - сделано. В магазин я попала в половине двенадцатого. Купила все для «Белоснежки», десяток яиц, кусочек вкусного на вид мяса и овощную смесь. Еще ватрушек с творогом, буханку свежего хлеба с невероятным запахом и коржик со сгущенкой. Ну, пару йогуртов, снова молоко и пакетик чипсов. Увы, вредные привычки так просто не искореняются, хотя я стараюсь избавиться от лишнего холестерина. Мне и так болезней хватает, проблемы с желудком будут определенно лишними.

Дома принялась готовить под музыку Лексис. Поет она рэп, но в отличие от многих у нее он музыкальный и всегда со смыслом. Песни Лексис сменял Слот, мелькала Слава, ВиаГра, да и другие успели отличиться. Подпевая про себя любимым исполнителем, по памяти готовила «Белоснежку».

Этот рецепт мы изучали на технологии классе эдак в шестом. Или пятом? Впрочем, неважно. Как прилежная ученица, я записала, что и в каком порядке следует делать, а однажды из любопытства мы с мамой решили приготовить ее. В результате получилась интересная и довольно приятная на вкус вещь, состоящая из творога с орешками и двух слоев фруктов. Хранится «Белоснежка» в холодильнике и долгое время остается съедобной. Не то чтобы я сгорала от желания поесть ее, но это элементарный перекус, которого хватит надолго и который полезен для организма. Так что «Белоснежка» успешно готовилась к заключительной стадии - выкладыванию формы, - а пока творог с желатином остывали в холодильнике.

Дальше я решила рискнуть и сварить суп «на косточке». Для этого была подробно опрошена бабушка, у которой супы, да простит меня мама за горькую правду, получались лучше - менее жирные, что ли. Бабушкин суп я ела с удовольствием, но вот щи и борщи не переносила как мамины, так и бабушкины. Теперь согласно ее указанием я готовила.

Пока мясо старательно варилось, поспел творог, и я закончила «Белоснежку». После решила пошиковать и сделать себе фруктовый салат. На нижний слой пошло яблоко, выше апельсин, перемешиваем, теперь тонкий слой банана, покрошить грецких орешков, слой киви и завершает снова банан. Залить фруктовое великолепие йогуртом со вкусом манго и наслаждать после обеда.

Сварилась косточка. Десять-пятнадцать минут, на плите оказалась смесь, варящаяся в мясном бульоне. Красота!

К четырем закончила. Суп остывал на столе, салат приковывал взгляд, находясь тут же, «Белоснежка» заняла место в холодильнике. Чувствовала себя героем.

Радует, что моей готовке никто не помешал. Хоть мы и жили в квартирного типа общежитии, кухонь предполагалось две на этаж, соответственно в одном крыле и другом. «Квартира» студента была однокомнатной, как правило, рассчитанной на двух студентов. Две кровати, два стола, две тумбочки, один большой шкаф и два небольших. Туалет с современной душевой кабинкой, раковиной и унитазом, естественно. Вот и все. Зато комната была просторной, топили хорошо, так что периодически я открывала удобное окно стеклопакета, чтобы проветриться.

Разумеется, у меня должна была быть соседка. Собственно, она и была, старшекурсница-выпускница. Помолвленная с москвичом. В общежитии она не нуждалась, жила у парня, но место хотела оставить за собой и предложила поделить ее часть на двоих. Я согласилась, так что платила три четверти стоимости и наслаждалась одиночеством. Стоило общежитие смешные в Москве деньги - 100 рублей в месяц для студента-стипендиата с оценками не ниже «хорошо». Стоит ли говорить, что в этот список я попадала?

Итак, обедала я впервые сваренным мясным супом вприкуску с корочкой хлеба, посыпанной солью. А что? Очень, между прочим, вкусно.

День почти прошел спокойно. Вмешалось это самое «почти». В восемь часов в дверь с силой забарабанили и знакомым голосом велели открыть. Вставать с кровати, на которой, валяясь, я смотрела аниме, не было никакого желания, что привело к разумному решению: не буду открывать. Постучат-постучат и уйдут. Так и случилось. Их хватило минут на пятнадцать. Потом кто-то что-то предложил, и компания отстала от моей двери, чем несказанно меня обрадовала. Но рано я подумала, что все закончилось. Минут через пять постучали в окно.

У меня чуть инфаркт не приключился. Разные мысли пронеслись в голове, я даже успела подумать, что это смерть ко мне стучится. Да, второй этаж, и, как позднее выяснилось, добраться до моего окошка с козырька подъезда можно без труда, но тогда столь разумные мысли предпочти куда-то испариться, оставив вместо себя животную панику. Не знаю, сколько я простояла там, застыв, но в себя меня привел голос:

- Эй, открывай быстрее, я замерз!

Сомнений не было - говорит Арчи. Преисполненная облегчением, поспешила открыть окно. Парень с гибкостью кошки подтянулся, закинул ноги на подоконник и оказался внутри.

- Какого черта ты полез через окно?! А если бы сорвался?!

- Со второго этажа безопасно, -отмахнулся он и радостно заулыбался. Глаза у него будто осоловевшие.

- Пьяный? -спросила строго.

- Немного, -не стал он отпираться. - Но это ничего. Пойдем с нами!

- Куда?

Перейти на страницу:

Все книги серии Дневники

Дневники: 1925–1930
Дневники: 1925–1930

Годы, которые охватывает третий том дневников, – самый плодотворный период жизни Вирджинии Вулф. Именно в это время она создает один из своих шедевров, «На маяк», и первый набросок романа «Волны», а также публикует «Миссис Дэллоуэй», «Орландо» и знаменитое эссе «Своя комната».Как автор дневников Вирджиния раскрывает все аспекты своей жизни, от бытовых и социальных мелочей до более сложной темы ее любви к Вите Сэквилл-Уэст или, в конце тома, любви Этель Смит к ней. Она делится и другими интимными размышлениями: о браке и деторождении, о смерти, о выборе одежды, о тайнах своего разума. Время от времени Вирджиния обращается к хронике, описывая, например, Всеобщую забастовку, а также делает зарисовки портретов Томаса Харди, Джорджа Мура, У.Б. Йейтса и Эдит Ситуэлл.Впервые на русском языке.

Вирджиния Вулф

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Дневники: 1920–1924
Дневники: 1920–1924

Годы, которые охватывает второй том дневников, были решающим периодом в становлении Вирджинии Вулф как писательницы. В романе «Комната Джейкоба» она еще больше углубилась в свой новый подход к написанию прозы, что в итоге позволило ей создать один из шедевров литературы – «Миссис Дэллоуэй». Параллельно Вирджиния писала серию критических эссе для сборника «Обыкновенный читатель». Кроме того, в 1920–1924 гг. она опубликовала более сотни статей и рецензий.Вирджиния рассказывает о том, каких усилий требует от нее писательство («оно требует напряжения каждого нерва»); размышляет о чувствительности к критике («мне лучше перестать обращать внимание… это порождает дискомфорт»); признается в сильном чувстве соперничества с Кэтрин Мэнсфилд («чем больше ее хвалят, тем больше я убеждаюсь, что она плоха»). После чаепитий Вирджиния записывает слова гостей: Т.С. Элиота, Бертрана Рассела, Литтона Стрэйчи – и описывает свои впечатления от новой подруги Виты Сэквилл-Уэст.Впервые на русском языке.

Вирджиния Вулф

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное

Похожие книги

Вне закона
Вне закона

Кто я? Что со мной произошло?Ссыльный – всплывает формулировка. За ней следующая: зовут Петр, но последнее время больше Питом звали. Торговал оружием.Нелегально? Или я убил кого? Нет, не могу припомнить за собой никаких преступлений. Но сюда, где я теперь, без криминала не попадают, это я откуда-то совершенно точно знаю. Хотя ощущение, что в памяти до хрена всякого не хватает, как цензура вымарала.Вот еще картинка пришла: суд, читают приговор, дают выбор – тюрьма или сюда. Сюда – это Land of Outlaw, Земля-Вне-Закона, Дикий Запад какой-то, позапрошлый век. А природой на Монтану похоже или на Сибирь Южную. Но как ни назови – зона, каторжный край. Сюда переправляют преступников. Чистят мозги – и вперед. Выживай как хочешь или, точнее, как сможешь.Что ж, попал так попал, и коли пошла такая игра, придется смочь…

Эд Макбейн , Джон Данн Макдональд , Элизабет Биварли (Беверли) , Дональд Уэйстлейк , Овидий Горчаков

Любовные романы / Приключения / Вестерн, про индейцев / Фантастика / Боевая фантастика