Читаем Опиум полностью

Опиум

Дм. Харизаппе

Я заблудился в небе, как в лесу.Живу между зенитом и надиром,Болтая сапогами навесуНад ничего не ведающим миром.Рождённый ползать в небо не взлетит,Парить рождённый нор в земле не роет,И мой — увы — иммунодефицитМне тайну тайн вовеки не откроет.Исход летальный — выход для червей,И шахтой бредит стая птиц небесных.Ах, Аквилон, тоску мою развей,Тоска удел невинных, но бесчестных.Ах. Аквилон, неси меня, неси,Мой парашют исполни юной силой.Молись, мой брат! Аз есмь на небеси.И эта сфера станет мне могилой.Запаянный в небесную лазурь,Вишу себе, болтаю сапогамиСоринкою в Божественном глазу…И вытеку слезой. Вперед ногами.

(Приметы времени —)

Приметы времени — газовые зажигалки, презервативы, одноразовые шприцы.Приматы времени — конвертируемые давалки, каа-операторы, уличные бойцы.Примяты временем — кончик моей либидной песенки и не(на)видящее выражение глаз.При этом ври не мне — норка моей любимой надежно спрячет весь мой негритянский джаз!

Письмо

Я хочу тебя, раб запятых и точек,Как часть речи хочет стать частью тела, какВдохновенно-слепо хочет войти подстрочникВ лоно слова, в девственность языка.Эти буквицы суть продолжение пальцев черезАвторучку «Parker». А те — продолженье губ.Я лишь имя. Подпись. Я — Слово. Но разве черепЗащитит от слов, целующихся в мозгу?Нагота твоя скрыта тончайшим листком почтовым.Мне не прятать глаз, злые пуговицы теребя.Ты не спрячешь губ беззащитно-надменным «Что вы?»Я — за словом слово — исписываю всю тебя.Дай мне плечи твои, колени, ключицы! ТайнуПереписки этой гарантирует Лилит.И язык мой (враг мой?), бесплотный и нежный даймонТо восплачет (Ангел!), то (Дьявол!) во тьме скулит…И тебя языком слепым и сухим лаская,Распускаю строчек затейливую тесьму…И язык мой — нежный! — в себя, как огонь, впускаяТы бесстыдно вторишь стонущему Письму.

Азиатское кино

Зулейки лоно слаще, чем халва.Евразия целует в диафрагму.И косные постылые словаСливаются в мерцающую магму.Запекшийся от крови и любвиЛежит Хорезм и видит сны другие.Обкуренные дурью соловьиКричат в ночи, как мальчики нагие.Арык бормочет суры. Мой эмир,Как безнадежно Солнце ассасина!Аллах велик. Он создал этот мир.Но не послал в сии пределы сына.Разноязыкий караван-сарай,Слова твои двусмысленны и клейки.Оставь надежду, всяк входящий в рай.И в лоно чернокудрое Зулейки

(Губы вытолкнут лишь: Сугуба)

Перейти на страницу:

Похожие книги