Однако этот демократический принцип обсуждения в конце концов тоже сослужил свою службу. Время, в течение которого секретность операции могла быть случайно нарушена, было сведено к абсолютному минимуму.

16. ОПЕРАЦИЯ "МОЛНИЯ". "ДОБРО!"

Самолеты "Молния" стартовали за 15 минут до того, как кабинет дал свое согласие.

Самолеты — участники беспрецедентного в истории десанта — уже находились в воздухе, и командиры были готовы дать приказ повернуть назад, если специальная комиссия не получит одобрения всех членов правительства. Приказ "Занек!", что значит "прыжок" или "взлет", был дан всем пилотам в 15.30. Это была еврейская суббота, 3 июля, и двое министров, которые представляли наиболее религиозные слои Израиля, пешком прошли весь путь до места заседания кабинета, поскольку религиозные законы запрещают по субботам пользоваться транспортом. Так как заседание состоялось в Тель-Авиве, а один из министров жил в Иерусалиме, министр транспорта Гад Яакоби предупредил своего коллегу, чтобы тот провел ночь на субботу вне дома. Второй — министр социального обеспечения Звулун Хаммер — 90 минут шел на заседание из своего дома в пригороде Тель-Авива, вежливо отказавшись сесть в машину, которую прислал за ним премьер-министр Рабин.

— У нас кончится горючее, пока эти идиоты там спорят, — пожаловался один из пилотов, летя к Красному морю; в это время в трюме его самолета десантники намазывали себе лица черной краской, которой снабдил их гример прошлой ночью "похищенный" из тель-авивского театра.

— Они болтают, мы потеем, а Большой Папа уже поедает первого заложника, — пробормотал огромный парашютист, одетый в белый комбинезон механика Восточно-африканской авиалинии.

— Они рассчитывают на 30 убитых и 50 раненых, — сказал один из членов медицинской команды, в которую входило 23 врача и 10 санитаров. Медицинский персонал летел в "Боинге-707", превращенном в госпиталь. — Они уже все подсчитали. Какого черта они не дают нам "добро"?

— Если правительство еще немного потянет время, — сказал один из радарных операторов, — русские выпустят свои "МИГи", а это совсем не то, что "МИГи" в руках угандийцев.

Участники операции, естественно, нервничали. Они привыкли к борьбе, к решительным действиям: медлительность демократических процессов их раздражала. Огромные транспортные самолеты в сопровождении истребителей неслись к цели без твердого приказа, а "эти старики" все еще продолжали "бормотать в свои бороды".

Под конец политического обсуждения начальник штаба раскрыл свои карты:

— Я сейчас представляю план, принятый к исполнению.

Он сослался на слова Дана Шомрона, командующего операцией: "Я думаю, что, если мне удастся благополучно посадить в Энтеббе первый самолет, вся операция пройдет успешно".

Атмосфера была напряженной. Многие все еще сомневались. Но время не ждало. Полет в Энтеббе занимает 7 часов. Если план подлежал одобрению, это надо было сделать в течение нескольких минут.

Теоретически было еще возможно в любой момент, до приземления в Энтеббе отозвать самолеты. Это принималось в расчет на случай возникновения опасных для операции неожиданностей. Иди Амин собирался прервать свое пребывание на острове Маврикия и вернуться в Энтеббе. Что, если израильские десантники и Амин приземлятся в аэропорту одновременно и окажутся лицом к лицу?

Разведка подчеркивала, что здание с заложниками охраняют не более 10 террористов и еще 80 — 100 угандийских солдат находятся поблизости. По-прежнему опасались того, что здание, где содержались заложники, могло быть заминировано.

Раньше всех вылетел "Боинг-707", выкрашенный в цвета "Эль Аль", на борту которого находился командующий ВВС Бенни Пелед, ветеран, летавший на каждом типе военного самолета, когда-либо использовавшемся в Израиле; вместе с ним летел заместитель начальника генерального штаба Иекутиэль Адам. Они следовали по международному маршруту вдоль Красного моря, затем миновали Эфиопию, после чего, продолжая лететь в том же направлении, начали снижаться к западу от озера Наиваша, чтобы приземлиться в аэропорту Найроби.

Пока все шло хорошо. Никто их не запросил. Да и не было причин этого делать: "Боинг" выглядел как обычный коммерческий самолет. Если бы кто-нибудь заглянул внутрь, он бы увидел бизнесменов в обычной одежде и довольно необычный груз, занявший место снятых сидений. Этот груз представлял собой копию тель-авивской штаб-квартиры Бенни Пеледа. Главнокомандующий ВВС фигурировал в списке пассажиров как Сидней Коен, южноафриканский торговец мехами. "Боинг" выкатился на стоянку в максимально безопасном участке аэропорта, туда, где обычно стоят самолеты "Эль Аль", охраняемые полицией. Начальник полиции аэропорта Лайонел Дэвис был одним из немногих, кто знал, почему на этот раз потребовалось принять особо тщательные меры предосторожности.