Читаем Опаленная сном полностью

Но Ректор меня удивил — он не сказал ни слова, ради чего он появился в моих комнатах так рано, короткие реплики, когда он изящно ухаживал нами обеими, считать не буду. Лишь только когда подали травяной напиток и десерт, он, отпив немного, отставил чашку в сторону, откинулся в кресле и наконец-то сообщил о причине своего появления здесь:

— Я очень рад, что сегодня утром увидел здесь сразу вас обеих…

Нерта слегка побелела и торопливо поставила чашку на блюдце. Я же только с любопытством вскинула брови. «Если он вздумает меня укорять, что я, едва обретя Силу, сразу поспешила потратить резерв на исцеление Нерты, то я… я пошлю его в бездну! Пока на мне нет никаких обязательств, буду исцелять и возвращать к жизни кого захочу! У меня еще Айша — бедная бабочка, не имеющая резерва — на очереди и Норэл, на котором висит какое-то дурацкое проклятие! Не запретит! Не посмеет!» В мысленном списке неотложных после завтрака дел прибавилось еще два пункта — помощь Айше и встреча с Норэлом! Если Айша рядом со мной, и ей-то я помогу в любом случае, то Норэла надо еще найти несмотря на запрещение выходить из своих комнат! Но запрещено только для меня! Нерта. Мне должна помочь Нерта! Я многозначительно посмотрела на подругу, отчего она занервничала еще больше и дрожащей рукой положила на место печенье, которое уже начало крошиться в ее напряженной руке.

Нерта ответил мне взглядом полной готовности к чему угодно, даже смутила меня своей преданностью.

А Ректор… Гайрэн лишь усмехнулся, наблюдая за нами, и затем продолжил…

— В канцелярию императора поступила жалоба от некой Соланы Сатори. Она утверждает, ее падчерица Даниэла, использовав запрещенную магию обмена телами через осознанный сон, проникла в Академию, попутно выкрав Огненный Дар у ее единственной дочери, потенциального архимага, Лиорель Сатори…

Нерта поперхнулась и закашлялась, а я… Лицо у меня окаменело, спряталось под привычной маской вежливого внимания. Только сердце замерло на миг, а потом бешено пустилось вскачь. Как же я жалела сейчас, что проспала так долго! Почему вдруг решила, что все у меня теперь в порядке и я могу спокойно творить добро, спасать больных и убогих, и никто не посмеет мне навредить? С какой стати вообразила, что теперь неподвластна законам⁈ Как же я забыла, что за обмен душами назначено самое суровое наказание — смерть на всех планах⁈ На всех! Надо было не обстановкой нового жилья любоваться, а обратиться к архивам! Изучить все, что известно о Магах Жизни! Быть может, существует какой-то закон, способный спасти…

С жалобным треском изящная чашка в моей руке разлетелась на мелкие кусочки. По столу поползла оранжевая клякса пролитого чая. Над головой тихо пискнула Айша.

Нерта кашлянула еще раз.

— Вообще-то, я…

— Я недоговорил. — Оборвал ее Ректор наблюдая, как Айша торопливо убирает последствия моей неосторожности.

Наконец, бабочка справилась и улетела, наверное, снова спряталась в гостиной.

— Одновременно в канцелярию императора была подана вторая жалоба от некой Лиорель Сатори. — Продолжил Гайрэн. — Несчастный ребенок утверждает, что Даниэла, украв ее Дар, сумела его преобразовать, с помощью некой Нерты Солейло, в Дар Целительства и, обманом очаровав Алкара Сохнор Йоран де л’Торн, единственного наследника императора, соблазнив его, повысила свою Силу до уровня Мага Жизни. В результате чего сама Лиорель теперь имеет только поврежденную часть Огненного Дара и, по сути, лишилась будущего в качестве архимагессы.

Моя маска дрогнула под напором внутреннего негодования. Огромным усилием воли удалось сдержать заревевший внутри Дар, который вдруг стал приобретать темно-фиолетовую окраску.

Ректор с интересом посмотрел на мои почерневшие ногти и темные всполохи вокруг рук.

— Даже так… — Его лицо дрогнуло, взгляд на мгновение остекленел, будто он заглянул в глубины своей памяти. — Неожиданно… Очень неожиданно… — Змеи на его голове тихо зашипели.

Нерта испуганно пискнула, а я уже ничего не слышала. Виски болезненно ломило, в горле застыл колючий ком невысказанного гнева, в груди крутилось бешеное черно-золотое торнадо, а я… я чувствовала просыпающуюся во мне другую Силу… Второй Дар. Дар Смерти…

И это надо было немедленно прекратить! Спасать, возвращать к жизни, восстанавливать поврежденных я была готова, с радостью! Но убивать, уничтожать окружающих, делать то, что прямо сейчас требовала проснувшаяся во мне Сила Смерти… Нет! Это не мое! Это чужой Дар! Это все — те мерзкие артефакты, которыми была увешана Эвелина в моем теле! Они внедрили в мою Душу эту черноту! Я не такая! Это — не мое!

Нерта снова откашлялась и когда я с болью посмотрела на нее, взволнованно затараторила:

— По законам Империи Маг Жизни… выше законов! А маг Смерти может и сам менять законы! Носители двойного Дара, Жизни и Смерти, появляются раз в несколько столетий и охраняются самим Оком. А еще… — Она запнулась было, но побелев еще больше, продолжила: — Появление таких носителей говорит о том, что нарушено Равновесие Измерений и… и…

— Продолжай. — Ректор, казалось, совершенно не удивился ее словам.