Гаврюшина (Алене).
А поздороваться с гостями?Алена.
Общий привет родным и близким! Как вас не хватало!Максим.
Приветик!Мак-Кенди.
Аленушка, ну, совсем стала большая!Гаврюшин.
Кто же это так звонит?Алена.
Может, Тимурка за шейкером прибежал? Мельхиор все-таки.Гаврюшина.
Или художник за этюдником. Сказала же тебе: оденься поприличнее!Алена.
Ага, сейчас! Только корсет зашнурую и вуаль поглажу.Мак-Кенди.
Правильно, Аленка! Кто в молодости не чудит, тот в старости не мудрит. Веселая девочка у вас выросла.
Дочь скрывается в прихожей, чтобы открыть дверь.
Гаврюшина (на всякий случай снимает фартук и вешает его на спинку стула).
Даже слишком. Кто же это может быть?Мак-Кенди.
Гаврюшин, продай горшок! Помоги ребенку!Максим.
Ну, папа-а-а…Гаврюшин.
Заткнись!Мак-Кенди.
Конфуций так бы сыну не сказал!Гаврюшин.
Конфуций его просто убил бы!
Из-за ширмы выглядывает Китаец и согласно кивает.
Мак-Кенди.
Shitsky![3]
Из прихожей удивленно пятится Алена. На нее наступает молодой человек – высокий, широкоплечий, с буйной шевелюрой. В руках у него большая спортивная сумка.
Алена.
Вам кого?Гаврюшин (смущенно).
Шейкер мы отдадим, но он пустой…Алена.
Папа, это не бармен.Гаврюшин.
А-а… Понятно. Верни ему этюдник!Алена.
Это не художник. Гораздо лучше!Максим (тихо).
Это наводчик… Они всегда дверью ошибаются!Артем.
Мне бы Веру Николаевну…Гаврюшина.
Я – Вера Николаевна. В чем дело?Артем.
Вера Николаевна, давайте прямо сегодня, сейчас…Гаврюшина.
Что сегодня?Артем.
Ну, то самое, о чем договорились.Гаврюшин.
Интересно, о чем вы договорились?Артем.
Это вас не касается.Максим.
А повежливей нельзя?Мак-Кенди.
Верочка, у меня тоже есть молодой друг, но он не такой настойчивый…Алена (ей, тихо).
У мамы никого нет.Мак-Кенди.
Ну и зря!Гаврюшина.
Ничего не понимаю! О чем мы договорились? Вы кто?Артем.
Я от Непочатого.Гаврюшина.
Ах, вот оно что!Гаврюшин.
Кто это?Гаврюшина.
Это господин… э-э-э… Бударин. Он пришел на первое занятие. Вас как по отчеству?Артем.
Можно без отчества. Просто – Артем.Гаврюшина.
Нельзя. Человеку нельзя без отчества.Артем.
Михайлович.Гаврюшина.
Артем Михайлович, я же сказала: завтра, в двенадцать тридцать. Сегодня у нас семейный обед. Приехали родственники…Артем.
Обед? Это хорошо. Я в аэропорту только булку с кофе выпил.Алена с интересом разглядывает молодого человека.
Гаврюшина.
Булки, молодой человек, не пьют.Артем.
Извините… Я кофе с булкой съел…Алена.
А кофе не едят. Какой вы смешной!Мак-Кенди.
Да, в аэропортах обычно отвратительный кофе. Я там никогда не пью. За исключением Вены и Рима. Вы откуда такой прилетели?Артем.
Из Старосибирска.Мак-Кенди.
А-а… Ну, извините, извините…Максим.
Он еще и гастарбайтер.Гаврюшин.
Если человек из Сибири, надо его накормить!Алена.
И напоить.Гаврюшина.
Спиртного в доме нет.Артем.
У меня с собой. Наш продукт! (Вынимает из сумки огромную бутылку водки.) «Старосибирская»! По рецепту Григория Распутина.Алена.
Ух ты, какая большая!Артем.
При царе четвертью называлась. Григорий Ефимович за обедом один выкушивал.Гаврюшина (строго).
Во-первых, Распутин пил мадеру. Во-вторых, Артем Михайлович, жду вас завтра в двенадцать тридцать и без бутылки. Всего доброго!Гаврюшин.
Вера, нельзя же так! Человек издалека. Что он подумает? Представь, ты приезжаешь в Сибирь, и с тобой вот так же! За это Москву и не любят. Проходите, молодой человек, раздевайтесь и немедленно к столу! Обычно я пью «Путинку». По праздникам. А тут целая «Распутинка»! (Забирает бутыль.) Алена, помоги гостю раздеться! Конфуций высоко ценил гостеприимство…Гаврюшина (обреченно).
И всегда ходил в гости с четвертью.Артем (снимая куртку
). Спасибо. А где тут у вас…Гаврюшин.
Дочка, проводи молодого человека к богине Цзы Гу!Алена.
Пошли, распутинец, покажу!
Они уходят. Гаврюшин уносит в столовую бутылку, держа ее бережно, как младенца.
Мак-Кенди (глядя ему вслед).
I shit a brick![4]Гаврюшина (с укором).
Алевтина, не ругайся!Мак-Кенди.
Я в бешенстве! Ленька не хочет помочь Максу! Скажи ему – он тебя слушается!