Читаем Он, она, они полностью

Телохранители по кивку шефа возвращают напрасный дар. Солдатик укладывает протез в коробку, и все четверо уходят. Гости некоторое время стоят молча. Появляется Федя с рюмкой, которую тут же выпивает, и с коляской, в которой сидит безучастный Иван.

Федя. Это кто был?

Анна. Идиот какой-то! Протез Ванечке приносил.

Борис. Дикая страна!

Федя. Что ж ты, австралопитек, в нашу дикую страну притащился? Сидел бы в своей цивилизованной Австралии.

Борис. Соскучился. По дикости.

Светлана. Ладно тебе, Борь, перепутали – бывает! Ведь не забыли же!

Борис. Лучше б забыли!

Федя. Слушай, Липа, и за что ты так нашу Россию не любишь?

Борис. А ты любишь?

Федя. А то! Проснусь зимой среди ночи в подвале и чувствую: не могу жить без Родины. Аж трясусь! Пошли, Борька, выпьем за Россию!

Евгения Петровна. Федя, тебе хватит!

Федя (строго). За Родину мне никогда не хватит! Ясно?

Евгения Петровна. Уж куда ясней!

Отбирает у него коляску с сыном и ставит на прежнее место. Все снова отправляются к столу. В последний момент Черметов задерживается, достает мобильный, набирает номер. Аня, Светлана тоже останавливаются. Дамы явно хотят поговорить с олигархом.

Чермет (в трубку). Ну что, мне тебя вместе с твоим долбаным фондом закопать?.. Ты что прислал, баран?! …Кому? Однокласснику моему, Ваньке Костромитину! (Дамы неловко переглядываются.) Час тебе даю! И не серди меня больше! (Черметов прячет телефон и замечает одноклассниц.) При социализме, по-моему, дураков было меньше!

Светлана. Просто у них не было денег – и они не так бросались в глаза.

Черметов. Возможно. А что вы обе на меня так смотрите?

Светлана. Да нет… ничего…

Анна. А что, теперь на тебя и смотреть нельзя?

Светлана пожимает плечами и оставляет их наедине. Точнее, в присутствии безучастного Ванечки.

Черметов. Как жизнь королевская?

Анна. Нормально. А у тебя?

Черметов. Тоже нормально.

Анна. Ты, говорят, развелся?

Черметов. Да, так получилось…

Анна. Разлюбил?

Черметов. Да, очень сильно разлюбил.

Анна. Я тоже развелась.

Черметов. Что так?

Анна. Измена. Простить невозможно. Понимаешь?

Черметов. Понимаю. Дети есть?

Анна. Нет.

Черметов. А у меня парень. Володька…

Анна. Он с тобой живет?

Черметов. Нет, с матерью. Отсудила. Вижусь с ним два раза в неделю. Ну, ничего. Еще не вечер! После выборов посмотрим!

Анна. В мэры, значит, собрался?

Черметов. Да, так спокойнее.

Анна. А ничего, что ты в разводе?

Черметов. Не критично. Но и хорошего тоже мало. Конкуренты могут на этом сыграть.

Анна. А сколько лет Володеньке?

Черметов. Двенадцать.

Анна. Замечательно!

Черметов. Конным спортом увлекается.

Анна. Потрясающе!

Черметов. Я специально ему маленький ипподром построил.

Анна. Фантастика!

Черметов. Тренера из Англии выписал. Он раньше с принцем Гарри занимался.

Анна (оправившись от восхищения). …А ты помнишь, как мы в раздевалке целовались?

Черметов. Помню. Но потом ты стала королевой. Снежной…

Анна. Да, так глупо… Лучше бы я тогда проиграла! Я тебя потом часто вспоминала.

Черметов. Неужели?

Анна. А знаешь, что написано на торте, который я принесла?

Черметов. Что?

Анна. «В сорок лет жизнь только начинается».

Черметов. В шестьдесят, говорят, тоже.

Анна. Нет, в шестьдесят поздно. Для женщины.

Черметов. Поэтому ты торопишься?

Анна. Я? Тороплюсь?! С чего ты взял?

Черметов. Иди сюда!

Анна. Куда?

Черметов. В раздевалку…

Чермет обнимает ее, долго целует в губы, потом почти отталкивает.

Анна. Какой сюрприз…

Черметов. Настоящий сюрприз впереди!

Он быстро уходит в комнату, где шумит застолье. Анна некоторое время пытается перевести дыхание.

Анна. А целоваться он так и не научился. Это хорошо!

Она подходит к Ванечке, осторожно гладит по голове.