Читаем Океан между полностью

– Пусть подойдет вон та, в кожанке, мы посмотрим поближе.

Мамаша, в свою очередь, выкрикнула имя девушки, и та, вульгарно раскачивая бедрами, приблизилась к машине.

– Привет, – весело воскликнул Никита, как будто знал девушку уже давно.

– Привет, – осклабилась та, сразу обнаружив многочисленные морщины на лице, безошибочно выдающие ее возраст.

– Как дела?

– Пока не родила, – отшутилась девушка, выдав не только возраст, но и немалый опыт в общении с клиентами.

– Да ладно! – рассмеялся Никита. – Откуда ты?

– Из Иваново.

– А, город невест! – закончил сентенцию Никита и вопросительно посмотрел на Юлика.

– Denied, – произнес Юлик по-английски, чтобы девушка не поняла, что ей отказано.

– Ну что, берете? – вмешалась в их обсуждение сутенерша. – Надюша у нас девочка хорошая.

– Ага, а девочке уже тридцать четыре года, – усмехнулся Никита.

– Да нет, что вы… Надюша, сколько тебе? Вот видите, ей еще и тридцати двух нет.

– Консервы, – тихо проговорил Юлик.

– Я смотрю, ты вошел во вкус! – рассмеялся Никита. – Тогда как тебе вон та, с краю, в цветных лосинах? По-моему, ничего: и фигурка, и грудь. Правда, лицо слишком бледное. Не очень хочется нарваться на наркоманку.

– All denied, – объявил Юлик свое отрицательное отношение к кастингу в целом.

– Пожалуй, мы еще проедемся, – помахал рукой мамаше Никита и перенес ногу с педали тормоза на газ.

– Ну, как знаете! Лучше девочек вам все равно не найти, – разочаровано бросила та вдогонку и поспешила к следующей подъехавшей машине.

– Интересно, и много здесь проститутки зарабатывают? – спросил Юлик, пока они медленно ехали вдоль залитой огнями Тверской, выискивая глазами торгующую живым товаром точку.

– Не так много они зарабатывают, сколько мы на них тратим, – туманно ответил Никита и указал на одиноко и как будто бесцельно стоящую у дороги приметно одетую девушку. – Ну что, еще одна попытка?

– Эй, еще бы! – с горящими от азарта глазами воскликнул Юлик.

– Что, понравилось? – усмехнулся его экскурсовод. – Это здесь всем нравится. Наши бляди – самые бляди в мире!

Общение с девушкой было кратким. Пароль: «Нам бы девушек посмотреть…», отзыв: «Во двор, налево».

– А эту можно? – спросил Юлик, пожирая глазами девушку-указатель, пока Никита сворачивал в арку, ведущую во двор.

– Можно, но только в конце ночи, она же у них еще и приманка.

В неосвещенном дворе уже стояло несколько машин, в свете фар которых выстроилась просто пугающе огромная толпа ночных фей. По команде старшей наблюдающей мамки, разбитной женщины неопределенного возраста в рейтузах и дурацкой вязаной шапке с начесом, девушки по очереди выходили из припаркованных в темноте микроавтобусов и, сменяя друг друга, строились в линию для демонстрации.

Никита сразу заметил девушку, которая резко выделялась из общего довольно однообразного ряда девочек-провинциалок, приехавших подзаработать в столицу и попавших здесь в жесткие и беспощадные лапы сутенеров.

Тоненькая, в коротеньком приталенном пальтишке, открывающем идеальные длинные ноги в темных чулках, с ангельским лицом подростка и красивыми грустными глазами, она стояла чуть сзади, как бы вовсе и не стремясь быть выбранной.

Никита и Юлик почти одновременно обратили друг к другу красноречивые взгляды. В их глазах читалось одно и то же – а именно, что выбор делать не надо, он уже сделан!

Неожиданно сзади раздался шорох автомобиля на широких шинах и по девушкам ударил мощный свет фар затормозившего во дворе джипа «Тахо», который в России очень любят бандиты, а в Америке – матери многодетных семейств.

Из него вывалились два мордоворота с растопыренными пальцами. Один из них тут же начал командовать:

– Так, мамка ваша где?.. Давай всех выстрой, сейчас смотр проводить будем… У вас тут что, наводнение было? Столько коряг нанесло! Так, расценки мне пробазарь… За опт скидываешь?.. Так, вот этих двух крайних подгони… Пальтишко расстегнули… Ну, чего, девчонки, замуж сегодня пойдем? У меня в гостях двое с Кавказа. По их законам сначала в баню…

Юлик с мольбой посмотрел на Никиту, но тот уж и сам понял всю критичность ситуации. Выскочив из машины, он подбежал к «мамке» в уродской шапке с начесом и как можно более равнодушным голосом спросил:

– Сколько вон та девочка в коротком пальтишке?

Сутенерша сначала оценивающе посмотрела на Никиту, а потом перевела взгляд в направлении его руки.

– А, Инна? Хороший выбор! Инна у нас девочка совсем молоденькая, еще не рожавшая, отдам за сто пятьдесят, никак не меньше.

– Договорились, – согласился Никита, – за сто двадцать мы ее берем.

– Да вы что, она у меня и за двести уйдет, а вам, как симпатичному мужчине, так и быть, отдам за сто пятьдесят.

Никита мгновение поколебался, продолжать ли торг, но, заметив заинтересованный взгляд одного из бритых громил в направлении их девушки, тут же сдался:

– Договорились, мы ее берем.

– Так, – громко скомандовала бандерша. – Инна идет за вещами, остальные работаем, не спим.