Читаем Офсайд полностью

Я заблокировала телефон и снова посмотрела на Даллас. Его светло-голубые глаза пригвоздили меня к месту, впиваясь в мои, а его острая челюсть была туже, чем шнурки на моих коньках. Он был зол на меня больше, чем когда-либо за долгое время.

— Что? Мы победили, не так ли? — Я стянул майку через голову и расстегнул наплечники.

— Едва ли, — выплюнул он. — И не благодаря тебе. Даллас понизил голос, нахмурив брови. — Где, черт возьми, была твоя голова? В какой-то момент ты чуть не неправильно катался.

— Я говорил тебе. Я беспокоился о Бейли. Она была на игре Бульдогов одна.

И под беспокойством я подразумеваю воображаемые всевозможные катастрофические сценарии. Обычно я использовал свое воображение для хороших — то есть грязных — вещей, но я также был невероятно хорош в представлении плохих возможных результатов. Хотя до недавнего времени не осознавал этого.

— Она нормально добралась до дома?

— Прямо сейчас.

— Хорошо. — Он соскользнул с налокотников, бросив на меня испепеляющий взгляд. — Но ты же знаешь, что беспокойство на самом деле ничего не дает, верно?

Это говорит парень, который перед выходом из дома трижды проверял погоду, опасаясь, что на его дизайнерские замшевые кроссовки может пойти дождь. Мило.

— Наверное.

В целом я особо не беспокоился, поэтому особо не думал об этой идее. То, что он сказал, подтвердилось, но почему-то я не мог эффективно применить этот принцип к Бэйли.

Даллас наклонился, отвязывая коньки. — Тебе придется научиться разделять это дерьмо на части.

— Легко тебе говорить. У тебя было гораздо больше времени, чтобы понять, как это сделать.

Не все из нас месяцами готовились к этому бойфренду, как к чертовой Олимпиаде отношений. Ну давай же.

— Наверное. — Он хмыкнул. — Но если ты продолжишь в том же духе, Лос-Анджелес оставит тебя здесь еще на год.

— У тебя тоже были перерывы из-за Шив. Помнишь наше открытие сезона? — Я снял коньки и вытер лезвия.

— Смутно, — пробормотал он.

Даллас не мог спорить с этим, и он знал это. Эта игра была гребаной катастрофой. Ранее в тот же день у них была громкая ссора — вероятно, из-за лейбла «парень/девушка»; слава богу, что теперь уладилось. Наш запасной капитан, Максвелл, должен был взять на себя управление, потому что Уорд все время был тотальным космическим случаем. На самом деле, он был прямой обузой на льду. И в отличие от сегодняшнего вечера, мы проиграли ту игру.

— Кроме того, — сказал я. — Миллер уже вцепился в меня.

— В следующий раз, когда ты пропустишь такой пас, я сам надеру тебе задницу.

— Справедливо.

После того, как мы приняли душ, настроение Далласа улучшилось. Он имел тенденцию быстро взрываться и так же быстро остывать, когда говорил свое.

— Мы все еще готовы перевезти вещи Бейли завтра днем? — Я спросил. — У нее нет тонны, так что это будет довольно быстро. В основном это комод, кровать и письменный стол.

— Ага. Около трех-четырех или около того? Я беру Шива на ужин к моим родителям в семь. — Он застегнул джинсы и остановился. — Хотя, думаю, я мог бы принять душ у девочек.

Тогда они, вероятно, никогда не доживут до ужина. К счастью, у нас дома были собственные ванные комнаты, но это не уберегло меня от знания TMI о том, что Шив и Уорд любят секс в душе. К сожалению, в то время как мраморная плитка от пола до потолка была приятной на вид, акустика означала, что звуки звучали эхом. Много.

— Что это? Шив встречается с Мэгги и Стюарт? — Я издал низкий свист. — Большой шаг.

Родители Далласа были потрясающими. Его отец был типичным судебным исполнителем старой школы, старшим партнером одной из фирм большой четверки и полным придурком в зале суда. Но самый хладнокровный парень в личной жизни. Лишь бы ты с ним не трахался. Было очень мало людей, которые действительно пугали меня, но Стюарт Уорд был на вершине этого списка.

И мама Далласа была теплой, материнской, которая суетилась из-за всех. Она была чем-то вроде трофейной жены — он определенно унаследовал от нее свою внешность; не его папа. Мэгги тоже всегда флиртовала со мной. Не в жутком смысле, а в хорошем развлечении. Свел Даллас с ума, что было особенно весело.

— Вовремя, да? — он спросил. — Мы идем в Аллегро.

— Изысканно.

Этот счет легко обойдется в пятьсот долларов. Но для них это было равноценно счету за чипотле.

— Они платят. С тем же успехом можно подоить его, пока я еще могу. — Даллас пожал плечами.

— Да, как только вы попадете в лигу, они могут фактически заставить тебя платить за аренду.

Его губы изогнулись в кривой улыбке. — Как будто ты платишь рыночную арендную плату, придурок.

Это было правдой. Наши жилищные условия в значительной степени субсидировались Банком Стюарта Уорда. Я легко мог позволить себе платить больше, но его родители настаивали на чем-то «более разумном для студента». Я пытался спорить с ними, но они не слушали.

— Я бы так и сделал, если бы мне позволили, — сказал я. — Я ничего не могу с собой поделать, если у твоих родителей есть слабость к тебе по-настоящему.

— Они еще недостаточно хорошо тебя узнали. — Даллас натянул через голову свою темно-синюю футболку с длинными рукавами.