Читаем Одноклеточный полностью

Идея с флэшкой мне нравилась. Интересно, сколько это может стоить? Я решил обсудить мысль с нагвалем, но он в кафе так и не появился. Пришлось идти к нему в ангар. Там я с его гангуро Торико встретил — она как раз выходила от Давида. Ребёнка на тэдди с ней сегодня не было. Мы поздоровались с вежливыми улыбками и разошлись.

Нагваль сидел в ангаре, морщился и бросал в рот тимаки. Торико притащила ему рисовые клёцки, они были надеты на нитку словно раковины.

— Будешь? — обрадовался он и протянул мне гохан. А сам присосался к бутылке с каким-то соком. Но я не стал отнимать у него обед, а спросил про фирму, которая жизнь восстанавливает. — Давай-давай, я не съем. Она ещё лепёшки притащила, я их уже слопал.

Пришлось зажевать одну клёцку. От неё пахло камышами.

— Есть смысл, — сказал он. — Чтобы зря не тратиться, выбери один небольшой период. Скажем, за год до твоего рождения и плюс лет пять. Ты всё равно ничего не помнишь из этого времени…

Мы доели-таки тимаки и пошли прогуляться. Нагваль таинственно усмехался, а потом вдруг завернул за угол ангара и застыл.

Чем-то это рассуждение мне не понравилось. Какое-то оно было слюнявое и простое, как спица. «Как раз годится для такого тормознутого типа», — со злостью подумал я и пнул невинного робокока. Я правда злился, что боюсь принять предложение Шрама. Что бы сказали камайну, если бы я поведал им о плане Шрама? Они-то бы уж точно упёрли зверька, ни секунды не сомневались…

Так я сегодня Урсулу и не встретил. Сперва я думал, что она нарочно скрывается и не выходит из администрации, а потом решил, что много о себе возомнил. Может, у неё важный эксперимент.

После работы я поехал в пансионат. Домой почему-то не хотелось. Раньше я всегда смотрел образовательный канал, а сейчас одна только мысль о нем вызывала скуку. Что-то всё-таки у меня в мозгах сдвигалось. Только в правильную ли сторону?

Даже в храм чистой воды заехал. Никогда там не был, а вот тут отчего-то свернул с эстакады, когда заметил внизу пирамиду красной крыши. Если бы на машине был, ни за что бы мне не перекинуться на эту боковую дорогу. Или раньше, пока с байкерами не стал ездить, — а тут газанул, подрезал красную «мазду» и вырулил! Ну, думаю, если тут в бордюрах уже стоят датчики, жди штрафа. А, наплевать!

Это был бедный храм. Кому нужна его чистая вода? Я нацедил у входа в пластиковый стаканчик — воду здесь облучали ультрафиолетом. И богов было не очень много, поэтому молящиеся не толпились. Но все же мне тут понравилось. На каменных постаментах стояли колоссальные оригамки, и как только свернули такие? Я понюхал фигуру белого Будды. И правда бумага… Как будто читаешь старинную книгу.

Кажется, не зря меня сюда затащило. В углу стола целая группа катасиро — уродливых божков, на которых следовало скидывать все свои несчастья. И бумагу на них пустили особенную, храмовую. Мне пришлось купить у девушки-мико маленькую бумажную полоску, чтобы ками прислушались ко мне. И ещё одну оригамку, маленького и горбатого человечка. Я подглядел, что поголовно все просители держали эти штуки в руках. Все это «богатство» серьёзная мико держала нанизанным на соломенные верёвки.

— Примите мою духовную грязь, — тихо сказал я богам. Прочие прихожане тоже что-то им внушали. Надеюсь, моих бумажных даров им будет достаточно. — Покажите верный путь среди нечистот. Или нет, о чем это я? Избавьте от пагубных влияний камайну и Шрама. Помогите выбраться из капкана совести. Симатта, снова я не в тему, извините. В общем, понятно я выражаюсь?

Больше ничего путного в голову не лезло, вот я и вышел из храма. Полоску и фигуру человека я бросил в чёрный ящик у входа. Их теперь переполняли духовные нечистоты, и таскать такой плохой груз в кармане было опасно.

Чтобы разгрузить совесть по полной, я ещё у молитвенного терминала задержался. Тут через Инет можно было с богами пообщаться. Я почитал в гостевой книге проникновенные слова людей. «Я грязно ругалась на рынке и бросила осьминога в голову китайцу. Помолитесь за моё прощение, пожалуйста». Что написать? Я вспомнил Тадаси и его слова о тотальной слежке. Нет уж, пусть боги сами догадываются, какие у меня криминальные сомнения. Не признаваться же электронным ками, что я кражу задумал. Тогда они её предотвратят, и я попаду на каторгу. Лучше я потом шёпотом покаюсь, да хоть в этом же храме.

Когда я к пансионату подрулил, мамаша вскочила со скамейки и раскланялась с подругами. Я приткнул байк на стоянке.

— Егор-кун, ты не говорил мне, что у тебя новый мотоцикл, — растерянно сказала мать. — Почему ты скрыл от меня, что тратишь такие деньги? А то мне наши бабки говорят — Егор твой на новом аппарате гоняет, откуда денег-то взял? Не верила ещё!

— Он не новый… Я повредил «хорнет», он сейчас в ремонте. К тому же сыпаться начал, старый ведь уже. Мне в мастерской дали на время этим попользоваться, пока не починят. Ты только оядзи не говори, а то он разозлится.

— Да, да, — покивала она. — Купил подарок?

Мы погрузились в лифт.