Читаем Одноклеточный полностью

Такиче долго водил световым пером по карте Полосы. Оказалось, что он не мог отыскать «Рокабири-клуб», пока я не ткнул в него пальцем. Потом дело пошло веселей. Радостно пыхтя, грибник прочертил самый удобный путь к северной зоне Полосы. Проходил он мимо уже знакомого мне разрушенного стадиона, действующей электрической подстанции и пересекал два анклава — перуанский и китайский. «Крысобойня» приткнулась на третьем подвальном уровне, под бывшей фабрикой искусственных протеинов. Производство, понятно, не восстановили, потому что уцелевшее оборудование было моментально разграблено. А вот крысы ещё долго там обитали. Да и сейчас наверняка шныряют.

— Место странное, — заметил Такиче. — Но крысы там вкусные. Я в прошлом году там был один раз.

Вряд ли я стану пробовать такую пищу. Что я, китаец? Или это не они грызунов поедают? В общем, вырулил я на байке из загона и покатил в полуавтоматическом режиме. Это когда стрелка на стекле показывает, куда надо свернуть, а рулить уже самому приходится. На Полосе доверять автоматике нельзя, а то заедешь в кучу бетона и сядешь колесом на арматурину.

Приехал я за полчаса, а потом ещё минут десять кружил по территории бывшего завода, эту забегаловку отыскивал. Она оказалась под одним из «цехов». Сверху валялась гора поваленных перекрытий, какие-то ржавые механизмы типа кранов и прочий хлам. Но вывеска горела симпатичная — надетая на кинжал крыса, а под ней костерок. Китайский квартал на Полосе, наверное, самый культурный. Почти не отличишь от Чайна-тауна, разве что «дома» самодельные.

Я съехал по винтовому пандусу в гараж и сдал «ёкай» вежливому стафу. Смарт я предварительно отцепил от пояса и спрятал его в седельную сумку.

В самом кафе было пока не слишком людно. Из колонок гремела какая-то ненавязчивая кислота. Зал украшали худые бумажные дракончики, совершенно не потрёпанные. Они висели на проволочных петлях. И густо пахло мясом.

Его жарили и тушили и ещё что-то там делали тут же, возле входа. Один парнишка с помощью заточенной арматурины ловко вынимал писклявых зверьков из клетки. Второй, весь в крови и с огромным ножом, срубал им черепушки и хвосты. Третий разделывал добычу, а последний шинковал их или просто насаживал на вертел, чтобы подвесить над хибати. Подавала лакомство симпатичная китаянка в цветастом платье.

Некоторые, как я понял, пили из персональных бутылок с бирками — они громоздились в репозитарии типа шкафа. Культура! Китаянка хитро поглядела на меня подведёнными глазами, насмешливо поджав губы. Понятно, на местного я не походил — ни одеждой, ни фактурой.

— Вам кусочками или целую? — осведомилась она.

— А хвостики есть?

— Настругать? — с надеждой спросил отоко, что разделывал тушки.

— Неохота ждать…

В итоге я взял банку китайского пива «циндао» и рыбные пампушки с блинчиками. После метаний во мраке, в седле байка, я чувствовал себя голодным и готов был отдать за гохан пять рублей.

Пригибаясь под бумажными драконами, я отошёл в середину зала и уселся спиной к стене, подальше от лампы-трубки. Дверь и жаровня видны были хорошо. До девяти оставалось ещё двадцать минут. Пища была наполовину синтетической, конечно, но всё равно вкусной. Блинчик так увлёк меня, что я забыл даже посматривать на дверь, а зря.

Отвлёкшись между глотком и укусом, я вдруг увидел идущую в зал от хибати троицу. И одним из отоко был Давид! Он вёл себя вполне естественно, не дёргался и поддерживал беседу со спутникам. Вот только глаза у него, по-моему, незаметно ощупывали столики. Я натянул козырёк кожаной кепки на глаза и постарался стать поменьше. Видимо, нагваль рассчитывал увидеть свою гангуро в компании «спасителя», но уж никак не меня, поэтому по моей фигуре он скользнул взглядом, не задержавшись.

Тогда я всмотрелся в его коллег. Один из них показался мне знакомым. Я напряг память, заодно пожалев, что не фотографирую новых знакомых и не имею при себе смарта, чтобы свериться с базой. И тут же вспомнил! Это был чиновник их этической комиссии, который к Урсуле приставал! Симатта, что за дела? Я даже растерялся на минуту. Неужели всем этим делом заправляет не мафия, а государство? Нет, быть такого не может. Хотя если государство чужое, например, Россия…

Не дожидаясь, пока новые посетители слопают крыс или что там они взяли, я дожевал блинчик и сбросил бумажную посуду в корзину. «Циндао» я забрал с собой.

Снаружи я отошёл от входа в «Крысобойню» и спрятался в тени бетонного блока, кем-то воздвигнутого на ребро. Рука с банкой быстро замёрзла. Я быстро допил пиво, бросил банку и напялил перчатки.

Я уже стал думать, что ребята будут торчать в кафешке до упора, а потом они всё-таки вышли. И двинулись в мою сторону! Я чуть не поседел от страха и отступил ещё глубже в тень. Под ногу подвернулся обломок кирпича, и я чуть не загремел по куче мусора. Еле устоял на ногах и сдержался, чтобы не чертыхнуться.

— Дерьмовая нынче крысятина, — услышал я. — Что они их, анаболиками откармливают?

— Просто соус неудачный, — отозвался Давид со смешком.

— Ничего, Толяну понравится, — неуверенно буркнул третий.