— Ты молодец, Мария, — он ущипнул меня за щеку. — Из тебя выйдет толк. Сейчас тебя отвезут домой, и ты никому ничего не скажешь, правда? Иначе мы достанем тебя из-под земли. Ты ведь порядочная девушка и не захочешь, чтобы кто-то знал о том, чем ты тут занималась, правда?

— Я все поняла, не нужно сто раз повторять, — огрызнулась я. — Отвезите меня домой, и забудем об этом.

— Конечно, отвезем, о чем базар? Бери свою аппаратуру и иди в машину. Только, извини, нам придется завязать тебе глаза. Или снова ударить по голове. Выбирай сама.

Поскольку выбор был невелик, я предпочла первое. Мне замотали все лицо толстым шерстяным шарфом и уже через час доставили прямо к подъезду, а там помогли выгрузить вещи и благополучно скрылись за углом соседнего дома.

Глава 5

На улице уже темнело. Наш джип сиротливо стоял на другом конце двора. Окна в моей квартире не светились, и это было несколько странно. Поднявшись к себе на третий этаж, я открыла ключами дверь и вошла. Свет нигде не горел, в квартире стояла полная тишина. Я включила свет в холле, бросила на пол осточертевшее за день «железо» и громко позвала:

— Есть кто живой?

Дверь дальней комнаты, где находилась спальня Валентины, тихонько приоткрылась, и я увидела настороженный нос Родиона.

— Ты одна? — тихо спросил он.

— Ты где была?! — из-за его шевелюры показался Шура. — Мы тут изнервничались все, черт возьми!

— Начинается, — я устало вздохнула и опустилась на канапе.

Они подбежали ко мне. Родион приподнял мой подбородок, заглянул в глаза и, кажется, все сразу понял. Но на всякий случай спросил:

— Ты видела их?

Я лишь закрыла глаза.

— Ладно, идем на кухню, — сухо Проговорил босс. — Шура, налейте ей водки, а мне виски. Нам нужно многое обсудить.

Как оказалось, Родион с Шурой, сообразив, что меня действительно везут на похороны, а не в притон, очень удивились, а потом переругались меж собой и чуть не подрались, решая, что делать дальше. Эмоциональный Шура настаивал на том, что нужно ехать обратно, так как здесь ловить нечего, а осторожный босс убеждал его не спешить, а посмотреть, что будет дальше. В конце концов Родион победил, они припарковались на другой стороне улицы и пошли пешком на кладбище. Но меня там не нашли, ведь я делала снимки из-за деревьев, и еще больше удивились. Они уж было решили присоединиться к церемонии, чтобы получше поискать меня в толпе, как тут глазастый Шура заметил Лысого и со всех ног бросился бежать. Ничего не понимающий Родион нагнал его только около джипа и с трудом успокоил, но когда узнал причину столь внезапного бегства, то и сам испугался за мою жизнь, тем более что меня нигде не было. Не зная, что и думать, они просидели в машине до конца похорон, дождались, пока все выйдут с кладбища, и только потом увидели меня, спокойно идущую вместе с Мишей к машине. Они видели, как я загрузила вещи в багажник и села на заднее сиденье. Потом поехали до ближайшего перекрестка разворачиваться, чтобы отправиться вслед за мной. Черный «мерс» со знакомыми номерами уже как раз выезжал со стоянки, и они спокойно, уверенные, что я сижу внутри, поехали вслед за ним. Когда «мерс» вместо того, чтобы ехать на Новослободскую, направился совсем в другую сторону, мои «ангелы-хранители» начали нервничать. В конце концов их «довезли» до Таганки. Там, в одном из переулков, «мерс» остановился около жилого дома, из него появились мой провожатый и водитель и зашли в подъезд. Родион бросился к машине и сквозь тонированные стекла рассмотрел, что внутри пусто — я исчезла бесследно. Вконец расстроенный, он вернулся в джип, и они поехали ко мне домой умирать от неизвестности. Не зная, что и думать, они решили не включать свет в квартире, чтобы ненароком не навлечь на меня еще большие неприятности (а босс ни минуты не сомневался, что я опять вляпалась в неприятности), и сидели в темноте до самого моего прихода.

— Ну, а ты-то где была? — нетерпеливо спросил Шура, когда босс закончил рассказывать. — Хоть бы позвонила, что ли…

— Я была там же, где и вы в воскресенье, Щура, — нехотя ответила я.

— Что?! Как?! — Он округлил глаза и задергал усами. — Тебя заставили снимать весь этот ужас?!

— Хуже, — вздохнула я. — Я сама была этим ужасом…

Босс тоскливо смотрел на свою пустую рюмку. Шура застыл с открытым ртом. Я чувствовала себя не в своей тарелке.

— Рассказывай, — бросил наконец босс.

— Меня похитили, как последнюю дуру, — начала я. — Этот Миша, тот, который приезжал за мной и сопровождал меня на кладбище…

— Кстати, почему мы тебя там не видели?

— Он замаскировал меня в кустах, за деревьями, и заставил снимать лица присутствующих крупным планом. Зачем — не сказал.

— Это уже интересно.

— Хоронили какого-то Завряжного Иннокентия Борисовича…

Босс схватил трубку и быстро набрал номер.

— Леша, это Родион. Срочно мне всю информацию о похороненном сегодня Завряжном Иннокентии Бор… Что? Ты его знаешь? Выкладывай. — Минуты три босс внимательно слушал, все больше мрачнея, потом положил трубку, окинул нас серьезным взглядом и проговорил: — Мы опять влипли, Мария.

— В чем дело, босс? — со страхом спросила я.