Читаем Одержимость Желтого Тигра полностью

– У меня, – бросил ей, направившись к неприметной двери в углу гаража, которая вела прямиком в дом.

Николетта поспешила за мной.

– Постой. У тебя тут есть свой дом? – удивленно спросила девчонка Драконов.

Не торопясь отвечать, я прошел к окну и, слегка отодвинув край занавески, выглянул на улицу, поскольку гребаная паранойя никак не отпускала. Мне продолжало казаться, что за нами наблюдали. Видимость за окном оставляла желать лучшего, но ни прохожих, ни машин вокруг не оказалось. И все же…

– Майк, – окликнула меня Ники.

Прищурившись, я еще раз окинул взглядом улицу, но так ничего и не заметил.

– Что? – Решив, что мне все же почудилось, я повернулся к Николетте, а затем включил свет. Несколько лампочек в потолке осветили гостиную, соединенную с небольшой кухней.

– Это правда твой дом?

– Ну а откуда, по-твоему, у меня еще ключи от него?

Николетта с любопытством оглядывала пространство, даже не ответив на мою колкость.

– Почему тогда остался в отеле? Мог бы жить тут на время конкурса. Выглядит довольно мило. Добавить бы немного декора, стало бы уютнее.

Я окинул взглядом помещение, пытаясь увидеть его глазами Николетты. Вряд ли бы назвал обстановку милой на ее месте. Серые угрюмые стены, бежевые диван с креслом и крошечный кофейный столик. Ни картин на стенах, ни цветов, ни телевизора, ни каких-либо иных признаков присутствия здесь жильцов. Обезличенное, блеклое пространство. Кухня тоже была обставлена по минимуму.

– Предпочитаю не оставаться здесь дольше, чем требуется, – честно ответил я. Это место навевало тоску. И непрошеные воспоминания.

Ники провела пальцем по барной стойке, визуально отделявшей кухонное пространство.

– Здесь подозрительно чисто. Сдаешь его во время отсутствия?

Я усмехнулся.

– Не знаю, известно ли тебе, но люди уже давно изобрели клининговые компании. Каждый месяц я перевожу приличную сумму, чтобы за домом присматривали. В конце концов, временами приятно знать, что в случае необходимости мне есть куда вернуться.

Отчасти это правда. Всем нам нужна гавань, где можно залатать пробоины. К тому же не хотелось заморачиваться с продажей и бумажной волокитой.

Николетта смотрела на меня, словно ища какой-то подтекст в моих словах, параллельно пытаясь разобрать влажные локоны, окончательно спутавшиеся под шлемом.

– В конце коридора на втором этаже есть ванная, – кивнул я в сторону лестницы. – Там же найдешь фен и полотенце. Возможно, и расческу тоже. Иди. А я пока закажу нам что-нибудь поесть.

Николетта отправилась наверх, а я прошел на кухню и, прислонившись бедром к столешнице, оформил заказ на пиццу. Когда стал разворачиваться, чтобы достать из шкафа тарелки, не заметил, что на самом краю разделочного стола стоял стеклянный стакан. Одно резкое движение – и он полетел на пол. Пространство заполнил звон битого стекла и сотни крошечных осколков. Я уставился на устроенный мной беспорядок и стиснул зубы, ощутив, как разум уносится в очередное воспоминание. Одно из самых ненавистных.

Утро того дня, что пошатнул весь мой мир, навеки отпечаталось в сознании в мельчайших деталях.

– Твой любимый омлет, – сказал я, ставя тарелку перед Мирандой и садясь напротив, не забыв захватить по пути свою порцию.

– Спасибо, – кратко поблагодарила она, не глядя на меня и не торопясь приступать к завтраку, бездумно водя вилкой по краю керамического блюда.

Двухэтажный дом, который мы сняли в пригороде, больше подходил большой, веселой семье, нежели парочке, желавшей переждать бурю. И я отчетливо видел, что Миранде не по душе ни наше пристанище, ни в целом ситуация, в которой мы оказались. Ее неизменно жизнерадостный взгляд терял свои краски, болтливая натура канула в забвение – последние недели мне едва удавалось вытянуть из нее несколько слов, – а внутренний свет, к которому я так тянулся, начинал меркнуть.

– Потерпи еще немного, – сказал я возлюбленной, отправляя в рот кусочек омлета и наспех пережевывая. – Скоро мы сможем уехать.

– Куда? – Ее безразличный тон натягивал и без того напряженные нервы.