— С каждым годом они становятся все прожорливей, все опасней, им нужно все больше подпитки, все больше крови и страха. Последние пару столетий, они принялись активно уничтожать реальности, ибо ничто не дает такого выплеска негативной энергии, как массовая гибель человечества. Эти сущности не способны на любовь и сострадание, они не чувствуют ничего, кроме вечного звериного голода и не остановятся до тех пор, пока не уничтожат все реальности, всех людей до последнего человека.

На какие хитрости они только не идут! Демоны ловко вытесняют человеческие души и завладевают плотью. В таком состоянии они способны вершить страшные катастрофы. У нас есть сведения, что скоро настанет черед и нашей реальности. Их уже много среди людей, точнее в обличье людей.

Только сенсоры способны их видеть, только сенсоры могут предотвращать их смертоносные замыслы и «корректировать» реальность.

— С чего вы взяли, — перебил я, теряя терпение, — что я этот … как там его… — сенсор?

— Вы же сами убедились в этом прошлой ночью. Мы вычисляем сенсоров уже в материнском чреве. Как бы вам объяснить…? У них, то есть у вас, особая аура, энергетическое поле. Мы следим за каждым сенсором, ожидая момента «прозрения», то есть того момента, когда человек в первый раз осознает свои необычные способности. Например, как вы, неожиданно переместится в другую реальность.

— Вы все время говорите «мы». Кто это «мы»? — глухо спросил я и на всякий случай ущипнул себя за ногу под столом. Очень уж все походило на галлюцинацию.

— Мы — «Общество с повышенной ответственностью — ОПО», так мы себя называем, — с улыбкой произнес сумасшедший дядька. Но кроме нас, каждого сенсора пасут демоны. Чаще всего они маскируются среди самых близких. Демоном может оказаться ваш друг, родственник, коллега по работе.

«Если уж верить этому бреду мой начальник — самый что ни на есть настоящий демон», — подумал я, усмехнувшись.

— К сожалению, ничего смешного, — нахмурившись, произнес хозяин квартиры, — это может быть очень опасно.

Пожалуй, он все-таки параноик. Я отодвинул все еще полную чашку, поднялся из-за стола и уже хотел сказать: «Да по тебе психиатр плачет», но опомнился. С психбольными надо поаккуратней, кто их знает…

— Извините, мне уже пора.

— Подождите, мы сейчас подходим к самому главному. От вас зависит спасение реальностей, спасение миллиардов жизней…

— Я уже сыт по горло этим бредом, — не выдержал я, — Все, до свидания.

Я решительно направился к входной двери.

— Стойте, — чокнутый схватил меня за рукав, — Еще одну минутку, просто загляните в комнату — вы поймете, что не одиноки.

Так, кажется, начинается. Вот я идиот! Может, он — опасный маньяк, сейчас тюкнет меня по башке, изнасилует и расчленит на мелкие кусочки. Что там у него в комнате — гниющие трупы, человеческие консервы или мамочка людоедка?

Однако вид у него был такой благожелательный, такой внушающий доверие, как у какого-нибудь профессора истории, что ноги сами понесли меня за ним, в соседнюю комнату.

Хозяин открыл дверь, и то, что я увидел, подтвердило мои опасения. Тело похолодело от пяток до макушки. На кровати лежала девушка и двое парней. От страха мне показалось, что они мертвы, и я чуть не заорал. Но когда разум ко мне вернулся, обуздав разыгравшуюся фантазию, я понял, что ребятки просто мирно спят. По крайней мере, выглядели они совершенно умиротворенно. Да, кстати, все они были в одежде, если вы подумали… ну мало ли, что можно подумать…

— Это Анна, Антон и Кирилл — спокойно произнес мужчина, — они тоже сенсоры. Уже несколько лет корректируют реальность. Сейчас они в другом измерении, так сказать.

Мне вдруг все стало понятно. Да это же наркопритон! Эта троица и этот дед — наркоманы обдолбанные! Мысль стремительно заработала в новом направлении. Когда я шел с работы, кто-то из этой шушеры вколол мне наркоту. Вот, чем все объясняется. Потеря сознания, другие миры, да еще и обобрали меня как липку.

Я кинулся в прихожую, схватил куртку, и уже открывая дверь, крикнул:

— Наркоманы чертовы! Полицию на вас натравлю!

Глава 4. «Где эта улица, где этот дом…»

Жизнь начала налаживаться. Я снова ходил на работу в своем любимом, возрожденном в химчистке, костюме. Удивительно, начальник вызвал меня к себе. Нет, удивительно не то, что он меня вызвал, а то, что обещал премию в этом месяце, «за вредность», как он выразился. За чью именно вредность, мою или его, уточнять я не стал. Сами понимаете, чревато.

Жена стала относиться ко мне как-то бережнее и внимательнее. Не забывала гладить рубашки, звонила в конце рабочего дня и спрашивала, что приготовить на ужин и даже не ворчала по поводу покупки нового телефона.

Так что, тот инцидент с оврагом и его последствия медленно, но верно стирались из моей памяти. Правда, пешие прогулки по парку я заменил поездками на автобусе. И еще не поленился позвонить в наркоконтроль по номеру, который все время крутят по телеку: «Знаешь точку сбыта — позвони…».