Читаем Общак полностью

— Валерий Петрович, али не признали? Мы же с вами старые знакомые! — шутовски закудахтал генерал, делая решительный шаг вперед. Сопровождавшие его могучие парни тоже не сробели и, не дожидаясь приглашения, вперлись, в квартиру. Аврик невольно вынужден был попятиться.

Генерал-полковник почти по-хозяйски осмотрел дорого обставленную прихожую — резной ореховый гарнитур для холла, бронзовые торшеры, зеркала в янтарных рамах — и усмехнулся:

— Что, неплохо в «Госснабвооружении» зарабатывали бухгалтера, а, Валер Петрович? Вижу, ваш шеф Игнатов щедро вам платил? Чувствую, надо было бы вас привлечь за расхищение бюджетных средств — и с конфискацией… Вся эта мебель, музыка, и здесь, и в комнатах, на сколько же потянет — тысяч на сто или двести?

— Это все не мое… — промямлил Аврик. — Это все на жену записано… — Он и сам не понимал, что говорит и зачем оправдывается перед наглым ментом. — У вас ко мне дело, товарищ генерал?

Генерал протаранил его взглядом и, не обращая внимания, направился в просторную гостиную. И снова, оценив роскошную, в розово-золотых тонах, обстановку, ахнул и даже присвистнул:

— Вот это да! Я, Валерий Петрович, сам люблю и ценю дорогую мебель. Но такого великолепия ни у кого не видел! Даже там! — Урусов ткнул пальцем в потолок, имея в виду, вероятно, самых сильных мира сего. — Обычные итальянские гарнитуры. А тут, я смотрю, в основном ручная работа. Небось по индивидуальному заказу?

Аврик совершенно стушевался и растерянно переспросил:

— Так вы по какому делу ко мне?

Генерал еще раз прошелся по комнате, откинув полу плаща с белым подбоем, и, резко остановившись перед Авраменко, свирепо бросил:

— Я генерал милиции Урусов Евгений Николаевич. Веду розыск бывшего замдиректора концерна «Госснабвооружение» Игнатова Владислава Геннадьевича. Это я напоминаю, если вы, не дай бог, запамятовали, Валерий Петрович.

Авраменко все отлично помнил. Конечно же, этот самый генерал в прошлом году допрашивал его два раза в офисе и при нем же производил выемку финансовых документов концерна. Но зачем он пожаловал к нему сейчас, спустя почти год, когда дело, кажется, уже спущено на тормозах, да еще в субботу, да еще домой? И что особенно странно: похоже, визит носит явно неофициальный характер, смекнул Валерий Петрович. Он не знал, как на это реагировать и хорошо это было или плохо.

Урусов приласкал взглядом толстую золотую цепь на шее Авраменко.

— Вы, я смотрю, и золотишко уважаете, Валерий Петрович. Дорогая мебель. Золото на шее. Дача в Малаховке, участок сорок соток… — Заметив волнение во взгляде Авраменко, Евгений Николаевич хохотнул. — Да мы про вас все знаем! Все!

Последнее слово было произнесено с угрожающей интонацией. Урусов огляделся по сторонам:

— Что-то не вижу видака… Телевизор есть — вон какой слон! — И он указал на «Сони» в деревянном корпусе с гигантским экраном. — А где же видак?

— Это видеодвойка, — хмуро заметил Авраменко, пока еще не понимая, к чему клонит настырный генерал, но в душе внезапно шевельнулось какое-то смутно-тревожное гаденькое чувство.

— Отлично! Включите-ка, милейший Валерий Петрович, сейчас кое-что поглядим! Интересное кино! — С этими словами Урусов достал из кармана плаща черную видеокассету и, найдя в «Сони» нужную прорезь, вставил ее для просмотра.

Валерий Петрович сразу узнал в кадре и комнату, и койку, и безногую девчонку, и — себя. У него перехватило дыхание — такого он никак не ожидал… Подлая Мильва! Ах, сучка! А сама-то, сама-то все лыбилась да раскланивалась!..

Урусов нажал кнопку паузы — на телеэкране Валерий Петрович Авраменко замер, лежа на спине с расставленными ногами и выгнувшись назад, а его подружка Маринка, раззявив губастое хлебало, приготовилась всосать его бравого бойца, выпрямившегося по стойке «смирно», да тоже замерла… Авраменко, страшно смутившись, отвел взгляд. А вот Урусов взгляда не отводил и, по всему было видно, наслаждался откровенно похабной сценой.

— Мы в настоящее время проводим расследование убийства сотрудника московской милиции полковника Соловьева, — сухо начал Урусов, ввинтив взгляд черных, как антрацит, глаз в лицо Авраменко. — По нашим данным, его убили в связи с аналогичными видеозаписями, сделанными в известном вам ночном секс-клубе на Бутырском валу, — Урусов, не улыбаясь, кивнул на экран. — Добавлю, что вы по-прежнему проходите как свидетель по делу «Госснабвооружения». А теперь еще и убийство полковника Соловьева. А теперь еще и бегство вашего бывшего шефа Игнатова… Вам грозят крупные неприятности, Валерий Петрович! Очень крупные!