Джокер стал припоминать события первого своего вечера в этой квартире, когда он, мучимый бессонницей, сидел у окна, увидел выходящего из подъезда мужика сразу почему-то подумал, что по приметам он похож на Сергея Петровича Сучкова… Правда, он же не разглядел его как следует и лицо видел мельком сбоку, но что-то асе-таки похожее было. И вот теперь нехилый подарок судьбы: эта Ленка прямым текстом назвала имя своего русского хахаля — Сергей Сучков. Вот пруха так пруха, если это он и есть. Но чтобы быть уверенным на все сто — надо уточнить. Что ж, будем ждать.

Ему повезло в тот же вечер. Жорик сидел у своего окна и во все глаза смотрел вниз, в переулок, туда, где впервые увидал чем-то похожего на Сергея Сучкова мужика, который вышел из их подъезда. Было примерно восемь, когда он заметил, что со стороны Брайтон-авеню в переулок вошел высокий светловолосый мужчина в светлой куртке и джинсах. Мужчина уверенно шагал к их дому.

Джокер пулей вылетел на лестничную площадку, застыл у лифта и стал ждать. Если мужик выйдет на пятом, Жорик сделает вид, будто выскочил только что из своей квартиры, допустим, покурить.

Внизу послышался шум — лифт начал подниматься с первого этажа. Джокер, волнуясь, провел кончиком языка по внезапно пересохшим губам. Ну же… Кабина остановилась на пятом! Дверь, шипя, отъехала вбок. Из лифта вышел… ну так и есть, Сучков — Жорик уже ни капельки в этом не сомневался: на подбородке ямочка, лицо открытое, глаза серые, взгляд внимательный. Сучков окинул его быстрым взглядом и повернул к Ленкиной квартире.

Жорик скрылся за дверью. Так, что делать… Сложить пластиковую винтовку, приладить оптику, присесть к окну и ждать, когда он выйдет? Нет, глупо, полный бред — валить Сучкова тут… Надо проследить, где он укрывается. Он пришел сюда пешком — значит, обитает где-то недалеко отсюда. Если бы он пер сюда издалека, приехал бы либо на тачке, либо на такси. А он притопал пешком. Значит, где-то недалеко. Значит, надо увязаться за ним следом…

Прошло часа три или четыре, а Жорик все сидел у окна, как приклеенный, и ждал. Наконец он на площадке услышал голоса: мужской и женский. Вроде Ленкин — пронзительный, высокий. Он бросился к двери и прилип к глазку. Ага, перед лифтом стояли Ленка с Сучковым. Подъехал лифт — Сучков, махнув ей на прощанье, шагнул внутрь кабины…

Жорик подождал, пока Ленка закроет свою дверь, выбежал из квартиры и, бросившись на пожарную лестницу, помчался вниз, перемахивая через три ступеньки.

Он вылетел на улицу, заметил спину Сучкова и припустил за ним… Сучков размашисто шагал по Брайтон-авеню, отмахал три квартала и на четвертом перекрестке свернул налево. Джокер не отставал. За поворотом шумный эмигрантский микрорайон с магазинами и кабаками неожиданно заканчивался и сменялся тихим кварталом солидных, респектабельных особняков, утопающих в зелени садов. Высокий блондин явно направлялся к шикарному кирпичному трехэтажному особняку в самом конце улицы. Жорик спрятался за мусорные баки и удостоверился, что его догадка правильная. Сучков остановился перед калиткой и нажал кнопку то ли звонка, то ли переговорника. Прошло секунд двадцать или тридцать — калитка отворилась, Сучков вошел на территорию я скрылся за входной дверью особняка.

Джокер высунулся из-за своего укрытия, В окнах на первом этаже вспыхнул свет. Под покровом темноты, прячась в тени высоких деревьев и прижимаясь к заборам соседних особняков, он приблизился к трехэтажке. При ближайшем рассмотрении дом оказался выкрашен в приятный серовато-зеленый цвет. Жорик огляделся по сторонам. Напротив серенького особняка он увидел темный одноэтажный домик в глубине сада. Скользнув через улицу, он очутился у низкого заборчика. Перемахнул — в оказался на давно не кошенном газоне. Все окна напоминали пустые глазницы — похоже, хозяева совсем вбросили этот дом. Жорику сегодня чертовски везло… Не напрасно его прозвали Джокером. Он обошел строение вокруг: ни души, ни одного признака, что дом обитаем. Прямо перед крыльцом рос старый ветвистый дуб с мощными корявыми ветками, согнувшимися почти к самой земле под тяжестью листвы и прожитых многих десятилетий. Он тронул морщинистую кору дуба и заметил, что толстая ветка примерно в полутора метрах от земли выгнулась почти горизонтально запущенному газону. Вокруг рос густой кустарник. За домом сразу начинался небольшой городской скверик, через который можно было свалить незамеченным. Это было идеальное лежбище для снайпера.

Глава 36

Рано утром Варяга поднял с постели телефонный звонок.

— Сергей Петрович? Приветик! Не разбудила? У меня для тебя новости… — Это была Лена Пастернак.

— Выкладывай! — Владислав откинул одеяло и свесил ноги на пол. Он понял, что ушлая девица не стала бы звонить чуть свет, если бы новость, которой она хочет с ним поделиться, и впрямь не была очень и очень серьезной. — Ты откуда звонишь?