Читаем Образ смерти полностью

– Мы ее потеряли. – В комнате мгновенно наступила тишина. – За нами стоят ресурсы всех департаментов полиции и безопасности страны. У нас есть опыт, мозги и упорство каждого из вас в этом зале. Но мы ее потеряли. У вас есть тридцать секунд, чтобы посокрушаться, что так вышло, и пожалеть себя. После чего примемся за работу.

Ева поставила на стол сумку с дисками и отправилась к автоповару, чтобы взять еще кофе. Вернувшись на место, она вынула из сумки распечатанную фотографию Ариэль Гринфельд и прикрепила ее в центре новой доски.

– А вот эту мы не потеряем. С этой минуты мы работаем круглосуточно вплоть до конца операции. С этой минуты она – единственная пострадавшая в этом городе. С этой минуты она – самое важное лицо в нашей жизни. Офицер Ньюкирк?

– Лейтенант!

– Вы с офицерами, с которыми работали раньше, возьмете первую двенадцатичасовую смену. Вас сменят офицеры, которых я назначу, в… – Ева бросила взгляд на ручные часы, – …девятнадцать ноль-ноль. Капитан Фини, я воспользуюсь вашей рекомендацией и возьму еще пару детективов из электронного отдела. Пусть они заступают во вторую смену. Детективы, работающие на выезде, я скоро подберу вам смену. Потерпите.

– Лейтенант! – Трухарт откашлялся. Ева прямо-таки видела, как он борется с желанием поднять руку, словно школьник. – Мы с детективом Бакстером разработали график перерывов на сон. Я хочу сказать, мы это обсудили по пути сюда, когда оповестили родственников. С вашего разрешения мы попросили бы нас не сменять. Мы будем работать двадцать четыре часа.

– Если понадобятся новые силы, – заговорил Бакстер, – ты их получишь. Но мы не хотим сменяться. Как насчет тебя? – обратился он к Дженкинсону.

– Поспим, когда возьмем его.

– Ладно, – согласилась Ева. – Попробуем поработать так. Я провела глобальный поиск по увечьям, убийствам и пропавшим без вести, подходящим под описание. Мы еще на первом следствии пришли к выводу, что он и раньше убивал. Практиковался. Я расширила поиск, – повернулась она к Фини, – вышла на глобальный уровень и вернулась на пять лет назад. Получила тысячи результатов. – Ева вынула диск с результатами поиска и перебросила его Фини. – Список слишком велик, надо его обтесать, отсеять лишнее, свести к минимуму. Надо найти тех, кто мог быть делом его рук. Найти его ошибки. Теперь второй пункт, – продолжила она изложение своего плана.

В то время как Ева инструктировала свою опергруппу, выслушивала отчеты и координировала задания, Ариэль Гринфельд очнулась. Она уже дважды приходила в себя раньше, но не успевала осознать, где находится, и вновь погружалась в забытье. Маленькая комнатка со стеклянными стенами и медицинским оборудованием. Что с ней? Она в больнице?

Она пыталась сосредоточиться и разглядеть получше, но перед глазами все расплывалось. Как будто ее глаза, да и мозги, были залиты маслом. Ей казалось, что она слышит музыку: высокие голоса, выводящие трели. Ангелы? Она умерла?

Потом она снова ныряла – проваливалась все глубже и глубже… в небытие.

На этот раз, когда она очнулась, ей показалось, что комната стала гораздо просторнее. Свет был очень яркий, он буквально резал глаза. Ариэль сильно ослабела, ее мутило, как будто она болела уже давно. И опять она подумала: «Больница».

Может, она попала в аварию? Этого Ариэль не помнила. Прислушавшись к себе, она признала, что не ощущает боли. Она приказала себе вспомнить, вспомнить то последнее, что могла вспомнить.

– Свадебный торт, – прошептала Ариэль.

Мистер Гейнс. Свадьба внучки мистера Гейнса. У нее был шанс получить работу, отличную работу. Придумать и испечь свадебный торт, поработать главным кондитером на приеме.

Дом мистера Гейнса – большой, прекрасный старый дом, элегантная гостиная с камином. Тепло и уютно. Да! Она вспомнила. Они встретились на улице, он усадил ее в свою машину и подвез до самого дома, где была назначена встреча с его внучкой. А потом…

Воспоминание ускользало от нее, заволакивалось туманом, но Ариэль усилием воли прогнала туман. Когда туман рассеялся, ее сердце застучало молотом. Чай с печеньем. Чай. С чаем что-то было не так. Было что-то в глазах мистера Гейнса, когда она попыталась встать.

Нет, это не больница… Боже, боже, нет, она не в больнице! Он что-то подложил ей в чай, он увез ее куда-то. Ей надо бежать. Надо бежать отсюда немедленно.

Ариэль попыталась сесть, но ее руки и ноги оставались неподвижными, они были зафиксированы. В панике, едва сдерживая крик, она подтянулась вверх, сколько было сил, и почувствовала, как беспредельный ужас охватывает ее.

Она лежала совершенно голая, привязанная к столу за руки и за ноги. Это был какой-то металлический стол с пропущенными через отверстия в нем веревочными путами, которые впивались ей в кожу, когда она пыталась высвободиться. Ариэль лихорадочно обвела глазами комнату и увидела мониторы, экраны, камеры и столы с металлическими подносами.

А на подносах лежали острые предметы. Ужасные острые инструменты.