— Только если тебе не нужна рекомендация для духовной консультации? Наш пастор будет счастлив…

— Мне не нужно духовное руководство.

— Ну, и зачем обременять меня этим? — декан положил свои очки на стол. — Ты мне нравишься. Всегда нравился. Твоя личная борьба не заботит факультет… до тех пор, пока тебе по — прежнему удаётся вести хорошую христианскую жизнь. Существую программы, которые могут тебе помочь выбирать целибат вместо того, чтобы благородно сдаваться своим демонам.

Так близко. Так близко. Он мог кивнуть в знак согласия, и разговор был бы окончен.

Декан всё бы знал, и это не зашло бы дальше. Но он не мог этого сделать.

— Что, если я этого не сделаю? В смысле, не приму целибат? Не буду скрываться? Что если я выбираю… нуждаюсь в другом пути?

— Ты хочешь разрешения на жизнь грешника? На жизнь вопреки естественным законам Бога? — декан покачал головой. Выражение его лица было более каменным, чем у римского бюста на полке его книжного шкафа. — Ты так же, как и я, хорошо знаешь, что в колледже есть пункт о морали. И по хорошей причине.

Ноа открыл рот, чтобы заговорить, но декан поднял руку.

— Нет, я не могу смириться с тем, что ты будешь… открыто вести девиантный образ жизни.

— Я не хочу жить во лжи.

— Уолтерс, библейски верная жизнь — не ложь. Ложью будет твой пример нашим студентам противостоять хорошим христианским учениям. Затем ты скажешь мне, что нам нужен один из этих гей-клубов, которые есть во всех либеральных колледжах.

— На самом деле, сейчас во многих религиозных колледжах есть объединения геев и натуралов.

— Вашим людям, возможно, и удалось одурачить судебную систему и добиться разрешения однополых браков, но Бога не обманешь. В Христианском колледже Лэндвью никогда не будет… празднования девиантности. Наш моральный кодекс — это наше всё. Твоя просьба ниспровергнуть это заставляет меня сомневаться в том, что здесь тебе место.

«Меня тоже». Тяжело сглотнув, Ноа кивнул.

— Я люблю своих студентов. Я люблю преподавать…

— Значит, насколько я вижу, у тебя есть три выбора, — декан поднял три своих костлявых пальца. — Первое, ты можешь согласиться на духовное руководство и воздержаться от потакания или обсуждения своих желаний, и мы не будем говорить об этом снова. Ты хороший мужчина. Благочестивый мужчина.

— А другие варианты?

Всё тело Ноа дрожало. От этой похвалы его тошнило.

— Что ж, если ты настаиваешь на обнародовании своей личности, у меня нет другого выбора, кроме как отправить тебя в дисциплинарный комитет. Не будет необходимости созывать комитет по контрактам.

Ноа зажмурил глаза, сделав прерывистый вдох.

— Но я всё равно смогу закончить академический год, верно? Пары уже расписаны…

— Думаешь, университет не захочет сделать из тебя пример? Ты хочешь быть известен публично, на уровне б ольшем, чем твоё признание в своей проблемы мне, прямо здесь? Тебе придётся иметь дело с прямыми последствиями. Дисциплинарному комитету придётся действовать быстро, в лучших интересах наших студентов.

— Я не… злодей.

— Я знаю, что это не так, Уолтерс, — декан смягчил тон. — И поэтому предлагаю тебе вариант номер три. Ты увольняешься. Незамедлительно. Никаких публичных унижений. Не буду врать, я хочу, чтобы ты выбрал первый вариант. Мы можем прямо сейчас вместе помолиться об этом. Я знал других мужчин, которые преодолели…

— Я не хочу преодолевать это.

Голос Ноа был более уверенным, чем он думал.

— Значит, таков твой выбор. Воспользуйся услугами адвоката и встреться с дисциплинарным комитетом или тихо увольняйся.

— Мне нужна минута, чтобы подумать.

Ноа провёл руками по своим волосам.

— Это ты пришёл с этим ко мне.

Декан щёлкнул своей ручкой о промокашку на столе. Ноа нужна была только мелодия опасности, чтобы завершить ночной кошмар.

Медленно, он поднял голову. Не важно, как перемешались его мысли, с момента, как Ноа вошёл в здание, мужчина знал, каков его единственный настоящий выбор.

<p>Глава 19</p>

Канун Нового года был дерьмовым днём для работы. Весь день Эдриану приходилось слушать планы всех остальных и отмахиваться от своих вопросов. Никто, казалось, на самом деле не работал, несмотря на назначенный на следующую неделю выпуск новых функций для бета-пользователей и приближающийся запуск финансирования нескольких новых типов колоний. Если повезёт, игра перейдёт отметку финансирования в шестьдесят миллионов в Новый год. Эдриан уже забронировал билеты для поездки в Германию и в Остин, чтобы сотрудничать с развивающимися там командами. Его карьера определённо взлетала вверх.

А он никогда не был более несчастен.