Читаем Обмануть смерть полностью

Потер голову, болезненно поморщился. Маг обеспокоено шевельнулся. Похоже, со вторым человеком в империи действительно очень нехорошо. Если я все правильно помню, повреждения мозга в этом месте могут вызывать неадекватную реакцию и агрессивное поведение. И с ножом способен кинуться на близкого друга. Причем без внешних причин. Предугадать действия больного невозможно. А жить он при этом может долго, изводя окружающих. Проще угостить ядом, как я по наивности первоначально оценил собственную задачу и цель приглашения. Увы, от меня он не возьмет даже никчемной вещи. Остается ждать вывода и резолюции. Действовать надо исключительно в последний момент. Лишь бы не сорвался прямо сейчас. Планы уже наверняка давно расписаны, и внезапная злость совершено не к месту.

— Сейчас наш лекарь проверит границы моего терпения.

Насколько далеко он может зайти?

— Вы поставили передо мной очень любопытную задачу, — пробормотал почтительным тоном. — Проблема в том, что выяснить, насколько я… э… могу стать… э… великим, без соответствующих сравнений не удастся. А мне не требуется власть! Я не хочу постоянно ждать удара в спину от желающих усесться на нагретый трон. Видимо, чего-то изначально не хватает для… э… спонтанного возрождения.

— Ты, видимо, решил, что я хочу сделать из тебя бога в надежде на исцеление? — опять послышалось хихиканье. Вот интересно, он всегда такой веселый, или это один из симптомов разрушения мозга? — Нет, дорогой мой. Ты мне нужен, чтобы отправиться в Яму. Я закрою ее навсегда!

Вот тут он меня убил, фигурально выражаясь. Что угодно, но такого я представить себе не мог. Натурально сошел с ума. Если тот раньше присутствовал. Видимо, на лице у меня что-то отразилось, потому что старик снизошел до объяснений.

— Империи не нужны пришельцы!

«В смысле, Храму — шансы на появление новых богов», — без особого удивления согласился с ним мысленно.

— Мы закроем вход навсегда! — воскликнул патетически, — а ты послужишь проводником.

Лицо у него неприятно исказилось, и первосвященник опять принялся тереть лоб рукой. Похоже, боли возобновились, и лучше не возражать, а то взбесится.

— Забери его, Мальбег, — сказал почти жалобно, — он перестал меня развлекать. Одна радость — этот тип действительно подходит. Ошибки нет.

При этом он шарил дрожащей рукой в столе, и я со своего места засек шприц и знакомую упаковку. Абсолютно не стесняется. То ли я уже числюсь в покойниках, то ли дошел до последней точки. Морфий, похоже, употребляет давно, в качестве болеутоляющего. Все очень серьезно,вряд ли жить противному старикашке долго. Туда ему и дорога. Нашел, тоже мне, занятие. Как бы не повернулось, а спастись будет трудновато. С другой стороны, казни определено не ожидается. Очередной поход, что меня в высшей степени устраивает. В дороге много чего может произойти, и теперь я знаю цель и средства, чтобы уклониться от излишних объятий его надсмотрщиков. Гораздо хуже было бы приземлиться в каменном мешке без выхода или пойти на костер.

«Замечательное дело — грядущая экспедиция», — подумал, поспешно вскакивая, пятясь задом к дверям и продолжая низко кланяться. Никто не знает, по какому принципу горцы крато пропускают к Яме. Кто-то исчезает бесследно, а кто-то вместе с караванами гуляет и ничего удивительного не замечает. Единственное абсолютно верно — армией в Матерь гор лучше не соваться. Были прецеденты. У небольшого отряда еще шансы имеются, полкам там не только не прокормиться, они просто не возвращаются. А со мной в компании в виде аватара — это любопытнейший вариант. Хорошая догадка, ничего не скажешь.

— Место пребывания тебе отведено в Храме, — брюзгливо сказал маг за дверью. — Он проводит, — и показал рукой на очередного типа в синем плаще с желтым диском, изображающим Солнце. Только в отличие от членов ордена, у этого еще и молния наличествовала. Маг, и достаточно серьезного уровня. Притом молодой парнишка. Не ясно, хорошо это или плохо.

— Я могу выходить?

— Зачем? — искренне удивился тысячник. — Пищу и так доставят.

— Не люблю сидеть бессмысленно. Раз уж попал в величайший Храм нашего мира, — здесь отсутствовала лесть и присутствовала чистая правда, провинциальным Храмам никогда не достигнуть такого размаха, а прежние уничтожены, — хотелось бы посетить здание собора. Да и вообще осмотреться.

— Рисуночки, —неизвестно в чем заподозрил меня он.

— Почему нет? Все слышали, мало кто видел.

— Не преувеличивай. Имеется достаточно канонических изображений святых мест.

Я посмотрел выразительно. Кто придумал продавать отпечатанные изображения в единственном разрешенном и одобренном навечно виде, пропало в глубине столетий. Теперь это превратилось в традицию. А ведь многое изменилось по сравнению с прежним.

— Прямого запрета не существует.