Люк содрогнулся. Салли просто зверь. Он убьет сестру Мэри, а никто вокруг даже и пальцем не пошевелит, чтобы помочь ей. Никто, кроме него.

Глава 6

Толпа, собравшаяся около фургона сестры Мэри, была на удивление большой.

— Братья и сестры! — горячо и вдохновенно говорила сестра Мэри. — Господь рад вашему присутствию здесь.

Коди тоже была очень рада. Она-то рассчитывала в лучшем случае человек на десять. Значит, люди в этом городе вовсе не так испорчены, как говорят.

— Ваше присутствие здесь доказывает, что в этом проклятом месте живут и богобоязненные люди… которые верят в слово Божье… верят в Божью кару! Вы спасены, братья и сестры! Аллилуйя! Давайте же скажем вместе: «Аминь!»

— Аминь! — повторила за ней толпа.

— С нами здесь сегодня находится одна заблудшая душа… женщина, чье сердце полно любви. Она ищет у Бога прощения, чтобы начать новую жизнь! Сестра Джина, встань, чтобы добрые люди могли тебя видеть.

Коди была потрясена, когда перед проповедью эта молодая женщина подошла к ней и представилась. Она выглядела совсем иначе, чем при их первой встрече в салуне. Джина смыла со своего лица всю краску, собрала свои пышные волосы в скромный пучок, перевязанный простой лентой. Она надела простое платье и выглядела как чья-то юная хорошенькая сестренка. Исчезла женщина, зарабатывающая себе на жизнь продажей выпивки посетителям «Адского пламени», не говоря уже обо всем прочем. Джина решила покончить со всем этим. Она пришла к сестре Мэри, потому что верила ей, ее словам о прощении и новой жизни. Коди не могла подвести ее теперь.

Джина очень смутилась, даже испугалась, но, доверяя сестре Мэри, послушно встала.

— Назови всем свое имя и расскажи, почему ты пришла сюда.

— Меня зовут Джина Мэйджер. Я пришла сюда, потому что хочу жить более правильной и хорошей жизнью.

— Веруешь ли ты, сестра Джина?

— Верую, — робко прошептала та.

— Веруешь ли ты? — повторила Коди. — Я не слышу твоего ответа.

— Я верую! — отозвалась Джина с большей силой и убежденностью.

— Люди Эль-Тажара, поможете ли вы этой молодой женщине вести добродетельную жизнь?

— Поможем! — отозвалась толпа, и Коди видела, что они говорят правду.

— Так скажем вместе: «Аллилуйя!»

— Аллилуйя! — эхом отвечала толпа.

Джина увидела вокруг доброжелательные улыбки и заплакала от счастья. Никогда больше не будет она работать и унижаться в этом ужасном салуне. Она вернется туда ненадолго, чтобы забрать свои вещи, а затем уйдет не оглядываясь.

— Помолимся вместе! — воззвала сестра Мэри, и голос ее, полный силы и веры, разнесся далеко вокруг.

Выйдя из салуна, Салли и еще несколько бандитов направились к фургону сестры Мэри. Еще издали они услышали ее проповедь:

— Господи, спаси нас от адского огня. Господи, убереги нас от искушений этого мира. Влей в наши души силу отвернуться от греха. Наполни сердца наши жаждой следовать за тобою, творить добро, поступать чисто и непорочно. О Господи, спаси нас! Аминь!

— Аминь! — молились с нею горожане.

Салли слушал ее молитву и свирепел все больше. Нечего какой-то проклятой бабе твердить ему, что он грешник. Бога нет, а значит, и ада нет никакого. И небо и ад находятся прямо здесь, на земле. Он ускорил шаг. Он ей покажет царство Божие! Как тогда она унизила его при всех в салуне, так он сейчас унизит ее при всех этих молящихся. Он возьмет эту сучку прямо там, на помосте, и никто его не остановит.

Люк шел за ним следом. Он не знал, что затеял Салли, но не сомневался, что это будет что-то очень мерзкое. Они подошли к окраине города, где стоял ее фургон, и первое, что увидел Люк, — огромная толпа около ее палатки. Людей было так много, что они запрудили почти всю площадь.

Он посмотрел на помост. Сестра Мэри стояла в центре и проповедовала. На ней было простое строгое черное платье с длинными рукавами и высоким воротом, единственным украшением которого были белые манжеты и такой же воротничок. Волосы ее были зачесаны назад и сколоты строгим узлом на затылке. Она была некрасивой, бесцветной, но в ней, во всей ее фигуре и лице, обращенном к слушателям, была какая-то магнетическая притягательность. С Библией в руке она призывала людей отринуть греховный путь, вести жизнь боголюбивую и богобоязненную.

Люка самого чуть не захватил ее призыв, но в этот момент он заметил пробиравшегося к платформе Салли и сразу забыл о божественных словах сестры Мэри. Единственная душа, спасение которой его сейчас тревожило, была ее собственная.

Оглядевшись, Люк увидел стоявшего в сторонке индейца. Тот внимательно наблюдал за толпой. Похоже, один охранник у сестры Мэри все же есть. Наверное, он приехал вместе с ней. Индеец был не вооружен, и Люк чертыхнулся про себя. Он да безоружный индеец-старик… Если начнется заварушка, им придется туго.

Люк все еще надеялся, что Салли постоит и успокоится, хотя понимал, что надеется зря. Если Салли взбрело что-то в голову, он пер напролом, как взбесившийся бык, и ничто не могло заставить его свернуть.