Читаем Обмани смерть полностью

Это было разумно, а в условиях войны совершенно обычное дело. Тот кто первым поднимается в атаку, или тот кто остается прикрывать отступающих всегда погибает. Кто-то должен умирать, чтобы другие могли жить. Если среди любого народа не остается таких людей, этот народ обречен на поражение, паническое бегство и тотальное уничтожение.

Эти двое мужчин стоя в холодном неухоженном подъезде молчали. Все ясно. Выбор сделан, осталось только по нему заплатить и обсудить детали.

— А по выстрелу, когда тебя допрашивали, что скажешь?

— Сдам Винта, — пожал плечами Обмани смерть, — скажу, что это его работа. Дам на него ложные установочные данные, пусть ищут. Возможно, руководитель группы Одинцов и сам о нём вспомнит. Он еще совсем молодым опером был когда Винт тут «работал» и должен его помнить. Тем более он получит такой шанс найти профессионального убийцу, который терроризировал город в девяностые. Этот майор не глуп, он ухватиться за такую возможность, не поймает, так хоть вид сделает: «Вот как работаем. Рано или поздно любого найдем».

— Может его уберем? — приглушенно спросил Кольцов, — один умный холуй намного опаснее ста верноподданных дураков.

— Нет, — покачал головой Обмани смерть, — не стоит. Он потому умный, живой, при должности и деньгах, что отлично чует, когда и кому надо прислуживать. Перед временем «Х» он бросит своих хозяев. Если получится и будет покупатель, то предаст их, если нет, то скроется или в «дурочку» начнет играть: «Я только исполнял приказы». Есть и еще один фактор…

Этажом выше хлопнула дверь, сипло мужским, а потом перебивая его визгливо женским голосом зазвучала матерная ругань. Она не была хлесткой или образной, скорее её можно было назвать жалкой и убого противной как похмельная рвота алкоголика. Матерящийся средних лет небритый мужик спустился вниз, увидел своего соседа и заискивающе попросил:

— Одолжи на пузырь, а? Отдам с получки. Башка трещит, а моя сука, зажалась и не дает. Орёт, дома жрать нечего, а ты…

— У меня нет, — зло отрезал Обмани смерть, — а ты как тысячу занял месяц назад так и не отдал. Если у тебя дома есть нечего, то могу тушенки и хлеба вынести.

Похмельный сосед побагровел и уже готов был выплеснуть ушат помойной ругани, как Кольцов быстро достал из кармана куртки пятисотрублевую купюру, протянул, и:

— Возьми, только бухло нормальное купи, а то траванешься, а денег на похороны небось нет.

Сосед выхватил банкноту и подавившись руганью молча побежал вниз. Только слышно было, как шлепают по ступеням подошвы рваных без задников тапочек.

— Зря ты, — бросил Обмани смерть, — ему денег дал. Ему с утра на работу, а теперь нажрется до упора и никуда не пойдет.

— Зато не вспомнит с кем ты на площадке стоял, — возразил Андрей и после тягостной паузы с грустью:

— Как же тяжело мы больны. Нация вырождается. Сколько таких как этот алкаш?

— Пока меньшинство, — сказал Обмани смерть, — но это угрожающе растущее меньшинство. Люди утрачивают смысл жизни, взамен им предложили: жалкую зарплату, нищую жизнь, вечный страх потерять работу, постоянные унижения и успокоительную ложь по «дуроскопу». Раньше выпивали чтобы получить временное удовольствие, алкогольную эйфорию, теперь пьют «по черному» чтобы не думать. Глушат и травят себя алкоголем от страха перед жизнью. Сумеем обрести смысл жизни, побежим за своей мечтой, выживем, если нет умрем.

Обмани смерть устало улыбнулся и продолжил:

— Время мало и отвлекаться не будем. Вот тебе флешка, на ней копии материалов уголовного дела. Мне их Одинцов разрешил переснять. Посмотришь. Данные там не полные, отсутствуют материалы оперативных мероприятий, но общий ход поиска, именно такой, какой мы и предполагали.

— А по моему алиби? Я тогда на конспиративной квартире месяц отсиживался. Мы же подготовили документы, что при первых трех акциях я был в Германии, с этим как быть? — убирая флешку во внутренний карман куртки, спросил Кольцов.