Читаем Обед у людоеда полностью

В метро я села в пустой вагон, и поезд понес меня по направлению к «Алиби». Интересное дело, противный господин Федорчук, возникший, словно по мановению волшебной палочки, на месте Сени Гребнева, уволил в один день меня и секретаршу. Очень хорошо помню, как Надюша демонстрировала конверт с жалкой подачкой, точно такой же, как в моем кармане… И, пожалуйста, она вновь в «Алиби»! Интересно, как ей это удалось! В стране безработица, секретарш на бирже труда как тараканов на коммунальной кухне, а хам Федорчук ясно дал понять, что хочет избавиться от всех служащих, нанятых Гребневым. Спору нет, Наденька мила, аккуратна, хорошо выполняет работу, но… Она не обладает никакими эксклюзивными знаниями. Просто квалифицированный работник, которых сотни, так почему ее оставили?

Надя не слишком обрадовалась, увидев меня.

– Лампа?

– Вот, шла мимо, ноги сами и завели сюда, а ты здесь осталась?

Девушка бросила взгляд на закрытую дверь кабинета хозяина и нервно хихикнула:

– Можно сказать и так!

Я фальшиво вздохнула:

– Никак не устроюсь. Как ты думаешь, может, и меня в «Алиби» приголубят?

– Никогда, – категорично отрезала Надюша, – новый шеф никого из старых не принимает.

– А тебя ведь взял…

Она в растерянности начала перебирать лежащие на столе ручки, скрепки и ластики. Видя ее смущение, я поднажала на ту же педаль:

– Просто не хочешь мне помочь, наверное, я тебя чем-то обидела!

– Что ты, Лампочка, – жарко зашептала секретарша, – знаешь, я перед уходом картотеку, да и вообще всю информацию перебросила на дискеты, а компьютер «вычистила», оставила только стандартные программы. Ну, новый директор позвонил и потребовал объяснений, а я на шантаж пошла. Хотите иметь сведения – берите назад. Вот теперь сижу и трясусь, потому как теперешний начальник – зверь.

Не успела она закончить фразу, как дверь бывшего кабинета Сени с треском распахнулась, и в приемную вышел парень лет тридцати пяти с бледным лицом. Смерив нас взглядом бешеной селедки, он сердито спросил:

– Надежда Алексеевна, почему вы держите посетительницу в приемной, когда я свободен?

– Это моя знакомая, – заблеяла секретарша.

– Посторонним не следует находиться в приемной, – отрезал он, – попрошу вас уйти. На личные темы поболтаете после работы.

Наденька покраснела и вроде уменьшилась в росте. Мне стало жаль дурочку, и я решила дать отпор хаму.

– Никогда не следует никого выгонять, на самом деле я хотела стать вашей клиенткой!

– Прошу прощения, – противно улыбнулся парень, – но, сами понимаете, наше агентство место специфическое, связанное с секретностью, и посторонних тут быть не должно. Проходите.

Пришлось войти в хорошо знакомый кабинет. Сейчас он выглядел великолепно, поменяли все – мебель, компьютер, цвет стен и ковровое покрытие, словом, помещение радовало глаз и даже нос, потому что в воздухе витал аромат чего-то приятного, похожего на запах свежеиспеченных булочек с корицей. Вот только угощать меня отличным коньяком из специальных бокалов здесь уже никто не собирался.

Парень сел в высокое кожаное кресло и произнес:

– Слушаю. «Алиби» к вашим услугам.

Я подавила тяжелый вздох. Ну вот, опять вляпалась в дурацкую историю, придется выпутываться.

– Я хотела бы проследить кое за кем. Но прежде хочу узнать, во что выльются расходы?

Парень начал методично перечислять цифры. Интересно, они слегка повысили расценки! Выслушав его до конца, я покачала головой:

– Дорого! Так сразу трудно решиться, надо подумать.

– Конечно, – ухмыльнулся директор, – раскиньте мозгами и возвращайтесь… Наши специалисты окажут вам посильную помощь.

Я посчитала разговор оконченным, откланялась и пошла в приемную, собираясь поговорить с Надюшей, но парень встал и проводил меня до самого выхода, лишив тем самым возможности пообщаться с секретаршей. Делать было нечего, пришлось, сохранив улыбку на лице, выйти на улицу. Дойдя до угла, я обернулась и увидела, как в окне бывшего кабинета Семена колыхнулась занавеска.

В глубокой задумчивости я забрела в кафе, села на высокий кожаный стул и уставилась в зеркало. Часы показывали семь. Можно, конечно, посидеть тут, в спокойной обстановке, выпить кофейку, дождаться, когда Надюша, закончив работу, пойдет к метро, и перехватить ее по дороге… Но, к сожалению, служба в «Алиби» вещь непредсказуемая, по прежним временам нас могли задержать до полуночи, а один раз даже пришлось заночевать в конторе… К сожалению, нечего думать и о том, чтобы посекретничать по телефону. Сеня Гребнев свято соблюдал правило – любой звонок в приемную моментально транслировался в его кабинете по селекторной связи. Интерком отключали лишь в крайнем случае. Наверное, новый начальник придерживается тех же принципов, а я не хочу, чтобы у Надюши были неприятности. Значит, сейчас я поеду домой и вечерком договорюсь с ней по домашнему телефону.

– Что хотите? – раздался сзади равнодушный голос.

Я повернулась. За спиной стояла полная, неряшливо выглядевшая тетка в красном халате, покрытом пятнами. В руке она отчего-то держала расческу. Странные, однако, официантки в этом кафе!

– Какой у вас кофе есть?