Мы позаботимся о Ксантиппе, о твоих детях. Я клянусь!
Сократ
Первый
. Ты не смотришь на меня?Сократ
. Ты знаешь.Первый
. Анит!Сократ
. Отчего же ты готовил мой побег, если ты…Первый
. Я был уверен, что ты откажешься от побега. Но потом я увидел тебя после болезни: ты все время говорил о жизни. Я усомнился, что ты сможешь принять смерть.Сократ
. Зачем тебе так хотелось, чтобы я принял эту смерть?Первый
. Этого хотел ты сам – принять смерть во имя своей победы. Ты говорил об этом в доме Продика. Мне показалось сначала, что я тогда не понял тебя до конца… Но я обратился к своим тетрадям – прочел твои беседы с Федоном из Коринфа и с Харетом из Фив, где ты говорилСократ
Первый
. Да! Потому что в моих тетрадях звучит истинный голос Сократа. Там я записал его лучшие беседы. Там Сократ – великий, могучий и цельный.Сократ
. То есть, как – цельный?Первый
. Сократ – человек. И под влиянием минуты он иногда говорит не то… как было, к примеру, недавно, после твоей болезни. В моих тетрадях все выверено. Там нет у Сократа противоречий. Там – истинный Сократ, и все вытвердят его наставления и будут следовать им и славить его.Сократ
И надо сомневаться. «Единственное, что я знаю, – это то, что я ничего не знаю…»
Первый
. Это говорит не тот Сократ, не истинный. Это говорит Сократ, принявший яд, в страхе и в отчаянии…Сократ . Ты безумен! В тебе нет любви! И у тебя страшные глаза – глаза жреца, а не философа! Я боюсь, что если завтра по Афинам станет ходить новый Сократ, – ты его убьешь, но именем того, прежнего Сократа!Входит Тюремщик.