Читаем Новый передел полностью

— Законные, говоришь? Знаешь, для чего власть имущие придумали законы? Чтобы держать в подчинении народ и беспрепятственно помыкать им. Разумеется, я немного сгущаю краски, все не так однозначно. Просто хочу, чтобы ты ясно поняла мою позицию. В принципе наверху находятся точно такие же люди, как и те, что работают на них. Не лучше и не хуже. Но власть развращает. Человек слаб, а безнравственный человек — к тому же еще и опасен.

— Но ведь вы, в сущности, ничем не лучше других, — возразила Мария. — Почему ты решил, что имеешь право карать или миловать?

— Мы нужны. Быть вором в законе непросто. Я убежден, что только наше сообщество удерживает Россию как от диктатуры, так и от анархии. С одной стороны на нас давят чиновники со своей ментурой и ФСБ, с другой — отморозки из уголовной среды. И те, и другие желают лишь одного — собственной безнаказанности. По сути своей они мало чем отличаются друг от друга. Даже методы по утверждению своей власти у чиновников и отморозков от криминалитета с каждым годом становятся все более схожими. Если ранее чиновники старались действовать по закону, разумеется, вертя им по принципу: «Закон что дышло — куда повернешь, туда и вышло», а беспредельные авторитеты предпочитали давить сопротивление автоматными очередями, то сейчас все изменилось. Политики не гнушаются нанимать киллеров, а бандитам не западло сливать своих противников ментам.

Владислав замолчал. Разговор давался ему с трудом. Что может знать девочка обо всей этой мясорубке? Нужно ли открывать ей глаза на подоплеку событий?

Они остановились неподалеку от ресторана. С палубы доносились музыка и смех. По трапу спускался какой-то подвыпивший гражданин в сопровождении женщины, которая, как могла, поддерживала его.

Мария взяла Варяга под руку. Он, не отрываясь, смотрел на усыпанный огнями противоположный берег Москвы-реки. Решив сменить тему, она сообщила:

— Ты знаешь, у меня сегодня был клиент. Я получила отличный заказ: реклама туристического бизнеса. То, что мне нравится больше всего! Представляешь? Я так рада! Уверена, что справлюсь.

Варяг повернулся к ней. Глаза девушки сияли, лицо светилось воодушевлением.

Мария сказала с лукавой улыбкой:

— Представляешь, этот Артур с ходу пригласил меня в ночной клуб. Якобы для знакомства со своим приятелем-режиссером. Ты меня слушаешь, милый?

Владислав кивнул:

— Да, конечно. А при чем здесь режиссер?

— А при том, что он ищет актрису на роль главной героини в своем историческом фильме. И я подхожу как никто. Как тебе это нравится? — Мария рассмеялась: — Конечно же, я отказалась. Но он украдкой сфотографировал меня.

Варят насторожился:

— Как сфотографировал? Зачем?

— Ну, как… Своим сотовым телефоном. Наверное, хочет показать режиссеру.

— Ты в этом уверена?

— Не знаю, я так подумала.

Варягу этот «фотограф» не понравился. Зачем ему понадобилась фотография Марии? Он подробно расспросил о заказчике, как он выглядел, на чем приехал, действительно ли похож на бизнесмена.

Мария пожала плечами:

— Парень как парень. Довольно смазливый. Эдакий «плейбой». Знаешь, есть такой тип мужчин: они тщательно следят за собой, клеят всех женщин подряд, в тренажерные залы и ночные клубы ходят, как на работу. Кстати, его машина ему совершенно не подходит…

— Почему?

— Как тебе сказать? Какой-то обшарпанный, забрызганный грязью «опель». Нс подходит он ему, понимаешь. Этот Артур должен ездить на дорогой спортивной машине. Или купить себе «БМВ» или джип. А тут… Да, теперь я понимаю, что все это было довольно странно.

Варягу этот клиент нравился все меньше и меньше. Неужели кто-то из его недругов подбирается к Марии? Решили, что это — слабое место, на которое можно надавить? Владислав почувствовал себя неуютно.

— Вот что, — бодро сказал он, увлекая девушку к ресторану, — не пора ли нам поужинать? Я слышал, что здесь готовят великолепную рыбу. Жарят ее каким-то особым способом. Я очень голоден, а ты?

Мария кивнула.

— Тогда пошли. Мне кажется, что я съел бы сейчас быка, целиком зажаренного на вертеле.

Они дошли до ресторана и поднялись по трапу на борт. Решили поужинать на палубе, откуда можно было любоваться вечерней Москвой. Варяг заказал себе и девушке фирменное блюдо: осетра в сухарях и еще в чем-то непонятном. Выговорить название соуса, с которым подавалась рыба, не смог даже официант. Взяли и бутылку белого сухого вина.

— Как красиво! — восхищенно воскликнула Мария. — Я никогда не была здесь, хотя раньше и жила неподалеку.

— Неудивительно. В Москве иногда достаточно перейти на другую сторону тротуара, чтобы попасть з совершенно иной мир, даже в иное измерение. В этом-то и есть ее прелесть. Не зря же столько людей со всей страны рвутся сюда.

— Город больших возможностей, — задумчиво и немного печально произнесла девушка. — Однако мне иногда кажется, будто здесь что-то утеряно. То, что сближает людей, делает их добрее и терпимее друг к другу.

— Москва в этом не виновата. Просто среди тысяч хороших людей всегда найдется хоть один мерзавец. Так сказать, ложка дегтя в бочке меда. А плохое всегда запоминается острее…