Читаем Новый Мир полностью

Но было уже поздно. Крышка, на удивление, не отскочила, а лишь немного приоткрылась. Перед тем, что произошло дальше, Алия только и увидела перепуганное лицо бабули, которая резво прыгнула к ней, чтобы предотвратить катастрофу. Алия даже не знала, что бабушка умеет так быстро передвигаться, но все равно было недостаточно быстро, и крышка уже открылась. За пару секунд комната озарилась светом, манящим настолько, что Алия почувствовала себя мотыльком, который так и полетит ближе, вот только не успела – их снесло огромной цветастой волной полумесяцем, раскидывая в разные углы старой кухни с громким стуком об стены. Вещи тоже кубарем повалились с полок, затрещали, побилась посуда, а пол затрясся, словно при землетрясении 4 степени по шкале Рихтера. Замигал свет, а чемодан продолжал пульсировать, как живое человеческое сердце, полное жизни.

Алии стремительно и сильно прилетело огромной кастрюлей по голове, она в моменте начала обмякать, почувствовав что-то теплое на своем лбу. В глазах засвербело, затряслось еще сильнее. Алия не слышала, но видела, как кричала ее бабушка, раскрывая свой рот на столько широко, на сколько возможно, как со всей силы хлопнула по крышке чемодана, закрывая его. Увидела, как бабуля подбежала к ней, но глаза тогда окончательно закрылись, и Алия погрузилась в темноту.

Сколько времени длилось ее забытие было неизвестно. Она не ощущала свое тело, и даже душу не чувствовала. Не чувствовала своего существования, до момента, пришедшего неожиданно, пока глаза резко не распахнулись, в мгновение ослепленные от яркого белого света. Кроме рассеянной точки света ничего не было видно. Она поглощала весь фокус внимания, не давая оторвать от себя взгляд. До боли в глазах, режущей, как если бы ей туда попал лимонный, кислый и разъедающий, сок. До слез от этого ощущения, скапливающихся на выпуклой поверхности склеры. Алия зажмурилась, захотела поднять руку, чтобы лихорадочно обтереть глаза, вычистить их от жгучего ощущения, но не получилось – рука лишь трепыхнулась под прессингом чего-то острого, в облипку обвивающего ее тонкое запястье прямо под ладонью. Дернула еще раз и тут же болезненно шикнула – похоже, это были ремни из тонкой кожи, которые впивались ей в кожу, раня при любом резком, даже непроизвольном, движении. Дергаться было бесполезно и опасно, потому она просто расслабилась, продолжая лежать с накрепко зажмуренными глазами. Воспоминания недавних событий начали, как калейдоскоп, яркими образами мелькать перед Алией. В полной тишине и темноте она вспомнила про чемодан, про то, как что-то снесло ее с бабушкой огромной силой, а потом…ничего. Больше она ничего не помнила. Где она может находится?

Алия решилась – чтобы понять, что происходит, нужно хоть что-то начать делать, – и открыла, совсем чуть-чуть один глаз. Свет пропал. Нет, он скорее даже приглушился, перестал быть таким болезненным и неприятным. Тогда она открыла второй глаз. Когда яркая вспышка перестала быть такой яркой, Алии удалось понять одну вещь – находится она точно не дома. В упор на нее смотрел огромный бестеневой светильник. Он был похож на живое существо – дискообразная морда с большим количеством мозаичных вкраплений, как глаза у мухи, из которых били уже не такие яркие лучи. Она знала, что это за лампа. Такие используют в операционных, и она была в таком месте единожды за жизнь, когда ей проводили операцию по удалению кисты. Алия была тогда совсем маленькой, боялась очень сильно, озиралась вокруг, видела лишь глаза на лицах, закрытых с двух сторон зеленовато-голубыми накладками, а когда анестезиолог подошел к ней с маской для наркоза, так испугалась еще сильнее, но послушно начала считать от десяти до нуля. И сейчас она испытывала похожий страх – пронизывающий все ее тело, сковывающий, и чтобы освободиться нужно что-то сделать, как тогда, например, начать устный счет. Но в этой ситуации он не поможет.

Сглотнув, она отвела глаза от лампы и бегло посмотрела по правую сторону от себя, увидев тоже знакомую ей вещь – штатив для инфузионных вливаний. От него тянулась прозрачная трубка с какой-то жидкостью. Опустив глаза снова, но еще чуть ниже, Алия поняла к чему эта трубка тянулась – в ее бледной руке, в срединной локтевой вене торчал красный катетер, залепленный медицинским бинтом. Только сейчас она поняла, как сильно ее кожа в этом месте взопрела и стянулась, и снова поморщилась. Ничего страшного, главное разобраться. Алия решила, что сейчас оглядит все окончательно, а после будет решать что делать дальше. Возможно, в больницу она попала после взрыва, а от наркоза буйствовала, потому ее и привязали. Этот вариант был самым правдоподобным, пока Алия не глянула влево, где к ее руке был привязан чемодан.

Этот чертов чемодан.