В настоящей книге я задаюсь вопросом, годится ли макиавеллиевская мораль крутых мер для современной политики. Я применял макиавеллиевские максимы к правлению Тони Блэра, исходя из опыта работы с ним, а также к администрации Клинтона и Буша — исходя из личного знакомства с ее представителями. Мир изрядно изменился за пять столетий, что прошли со времен Макиавелли, однако очень многие качества правителей и методы управления остаются прежними — к добру ли, к худу ли, пока неясно. Вдобавок Макиавелли был совершенно прав, говоря об опасности управления государством с опорой на миф, а не на реальность. Современному правителю нужно практическое пособие, которое поможет отличить миф от реальности и научит удерживать власть, используя опыт предшественников. Наряду с попытками доказать правильность макиавеллиевских обобщений по сравнению с новыми методами управления государством я также ставил цель извлечь некоторые уроки из собственного опыта, каковой опыт, надеюсь, пригодится политическим лидерам будущего. Уроки эти касаются заодно и лиц, желающих преуспеть в бизнесе, спорте, военном деле и прочих сферах.

Я сделал акцент на вопросе «как», быть может, в ущерб вопросам «что» и «почему». Суть политики и политической идеологии, разумеется, этим вопросом не исчерпывается, однако есть еще и искусство управления, и оно-то заслуживает куда более пристального внимания, нежели получило с моей стороны. Я ведь учитывал только, по определению Уолтера Бэджета[11], «эффективные аспекты» конституционного строя, но не «выпуклости» вроде монархии. Я также старался делать это в легкой, юмористической манере, скорее в стиле сериала «Да, господин премьер-министр» или превосходной книги Джеральда Кауфмана «Как быть министром», нежели в стиле традиционного практического пособия. В этом нелегком деле я руководствовался пассажем из посвящения к «Государю»: «Я желал бы также, чтобы не сочли дерзостью то, что человек низкого и ничтожного звания берется обсуждать и направлять действия государей. Как художнику, когда он рисует пейзаж, надо спуститься в долину, чтобы охватить взглядом холмы и горы, и подняться в гору, чтобы охватить взглядом долину, так и здесь: чтобы постигнуть сущность народа, надо быть государем, а чтобы постигнуть природу государей, надо принадлежать к народу». Тони Блэр, без сомнения, постиг сущность народа. Я же поставил себе цель постигнуть природу государей.

Глава первая. «О государствах, приобретаемых собственным оружием или доблестью».

Приход к власти

В ворота на Даунинг-стрит я проскользнул почти незамеченным; миновал возбужденную толпу, в которой многие с энтузиазмом размахивали миниатюрными британскими флагами. Это было 2 мая 1997 года. Тони и Шери Блэр остановились в десяти ярдах позади меня, жали руки своим сторонникам и обменивались с ними дружескими поцелуями. Алистер Кэмпбелл ненавязчиво следил за тем, чтобы картинка оставалась в категории прелестных. День был солнечный, все праздновали нашу победу, но я-то знал: стоит закрыть за собой знаменитую парадную дверь и миновать два ряда аплодирующих госслужащих — и рычаги правления идентифицировать будет куда сложнее, чем было выиграть избирательную кампанию. Я получил должность главы администрации премьер-министра; первые шаги к власти были предприняты более года назад, и не без меня.

В «Рассуждениях о первой декаде Тита Ливия» Макиавелли повторяет старую истину: находясь на рыночной площади, человек придерживается одного мнения, попавши во дворец — другого. Будучи вознесен на высокий пост, поясняет Макиавелли, человек начинает «видеть вещи яснее, и вскоре ему открываются причины беспорядка, опасности, могущие из них проистекать, а также сложности в их устранении. Уразумев, что виной всему обстоятельства, а не люди, можно быстро поменять как свое мнение, так и свою политику, ибо изучение ситуации в деталях устраняет превратное о ней понятие, каковое вполне сходило, когда в расчет принимались лишь общие соображения». Точно так же и нам ситуация видится по-иному, стоит только удалиться с рыночной площади во дворец.

У победоносного премьер-министра, впрочем, почти не было времени на акклиматизацию. Правительство требовалось сформировать за сорок восемь часов, речь королевы следовало доработать, ибо уже через десять дней она должна была быть в анналах. В Соединенном Королевстве самый короткий переходный период (если считать демократические государства). Если бы новый премьер-министр завоевал парламентское большинство, ему не дали бы даже толком выспаться — приступил бы к работе уже с утра (это вам не США, где у президента имеется целых три месяца на подбор кабинета и планирование первых ста дней).