Читаем Новая Хроника полностью

В то время, как во Флоренции кипели партийные страсти и сталкивались противоборствующие интересы, от чего город жил в постоянной тревоге и беспокойстве, мессер Корсо Донати, Спини, Пацци, часть Тозинги и Кавиччули, сторонники партии черных из грандов и пополанов вместе с капитанами гвельфской партии (к тому времени полностью им подчинившимися) собрались в церкви Санта Тринита на совет и сговорились направить посольство ко двору папы Бонифация, чтобы он побудил кого-нибудь из правящей во Франции династии навести во Флоренции порядок и разгромить народ и партию белых; сами же они были готовы в меру своих возможностей пойти на соответствующие затраты. Заговорщики приступили к исполнению своего замысла, но слух о нем распространился по городу, взбудоражив весь народ и коммуну, так что Синьория предприняла расследование и в результате мессер Корсо Донати, как главный виновник, был присужден к наказанию и лишению имущества, а прочие предводители к уплате более двадцати тысяч лир, что им и пришлось сделать. После этого были изгнаны Синибальдо, брат мессера Корсо, со своими людьми, мессер Россо и мессер Росселлино делла Тоза и их родственники, мессер Джакинотто и мессер Паццино де'Пацци со своей молодежью, и мессер Джери Спини с его людьми; они находились в замке Пьеве. Во избежание подозрений народ выслал в Серезано вождей противной партии, среди них были мессер Джентиле, мессер Торриджано и Карбоне де'Черки с родственниками, Баскьера делла Тоза и его люди, Бальдиначчо дельи Адимари со своими сторонниками, Гвидо Кавальканти со своими и Джованни Джакотти Малиспини. Однако люди этой партии недолго пробыли в ссылке; их вернули, так как место оказалось нездоровым, и при этом заболел Гвидо Кавальканти, смерть которого явилась большой потерей, ибо он был философом и человеком выдающимся во многих отношениях, хотя и отличался чрезмерной вспыльчивостью и раздражительностью[502]. Так превратности судьбы управляли нашим городом.

43. КАК ПАПА БОНИФАЦИЙ ПОСЛАЛ ВО ФРАНЦИЮ ЗА МЕССЕРОМ КАРЛОМ ВАЛУА

По возвращении ко двору легата Маттео д'Акваспарта папа Бонифаций узнал о плачевном и шатком положении Флоренции и о том, что произошло после отъезда легата. Известие о невзгодах и начетах на вождей гвельфской партии и изгнанников, находившихся в замке Пьеве недалеко от папского двора, уговоры и хлопоты мессера Джери Спини (он и его компания вели с папой Бонифацием торговые дела и были в центре событий), а также мессера Корсо Донати, сопровождавшего курию, побудили папу признать мессера Карла Валуа, брата французского короля. При этом у папы был двоякий расчет: во-первых чтобы помочь королю Карлу в сицилийской войне, папа намекал французскому королю и мессеру Карлу о возможном его избрании на престол Римской империи и об утверждении этого избрания или, по крайней мере, о назначении его властью папы и Святой Церкви имперским викарием от имени церкви, поскольку она имеет на то право при отсутствии императора[503]; во-первых, он дал Карлу Валуа титул своего посредника в Тоскане, дабы с его помощью склонить Флоренцию к послушанию. Легат отправился во Францию к мессеру Карлу, и тот с согласия своего брата короля двинулся в путь, в надежде на императорскую корону[504], как сулили ему указанные планы папы.

48. О ПОЯВЛЕНИИ НА НЕБЕ КОМЕТЫ

В сентябре 1301 года на небе появилась комета с длинными туманными лучами позади. Она восходила вечером с западной части небосклона, а исчезла только в январе. Умудренные астрологи говорили, что она предвещает будущие беды и опасности для Италии и Флоренции, потому что планеты Марс и Сатурн в этом году дважды сходились в созвездии Льва, а в январе произошло затмение Луны в этом же созвездии, которое связывается с судьбой Италии. Это истолкование оправдалось, как будет видно из дальнейшего, но в особенности вероятным объяснением считалось, что комета предсказывала приход мессера Карла де Валуа, повлекший за собой много перемен в Италии и в нашей Флоренции.

49. КАК МЕССЕР КАРЛ ВАЛУА ИЗ ФРАНЦИИ ПРИБЫЛ К ПАПЕ БОНИФАЦИЮ, А ЗАТЕМ ВО ФЛОРЕНЦИЮ, ЧТОБЫ ИЗГНАТЬ ОТТУДА ПАРТИЮ БЕЛЫХ

Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники исторической мысли

Завоевание Константинополя
Завоевание Константинополя

Созданный около 1210 г. труд Жоффруа де Виллардуэна «Завоевание Константинополя» наряду с одноименным произведением пикардийского рыцаря Робера де Клари — первоклассный источник фактических сведений о скандально знаменитом в средневековой истории Четвертом крестовом походе 1198—1204 гг. Как известно, поход этот закончился разбойничьим захватом рыцарями-крестоносцами столицы христианской Византии в 1203—1204 гг.Пожалуй, никто из хронистов-современников, которые так или иначе писали о событиях, приведших к гибели Греческого царства, не сохранил столь обильного и полноценного с точки зрения его детализированности и обстоятельности фактического материала относительно реально происходивших перипетий грандиозной по тем временам «международной» рыцарской авантюры и ее ближайших последствий для стран Балканского полуострова, как Жоффруа де Виллардуэн.

Жоффруа де Виллардуэн

История
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное

Похожие книги