Капитан стал очень серьезным. На его лице выступили капли пота.

— Я хочу, чтобы вы прописали ей какие-нибудь антибиотики, которые я бы просто подмешал ей в еду. Сделаю так, что она ничего не заметит. Аллергии на антибиотики у нее нет, я точно знаю. Она их много раз принимала. Доктор, это единственное разумное решение. Если вы откажетесь, наш брак рухнет.

Он получил лекарства, которые просил.

— У меня есть к вам встречная просьба, — доверительно сказал врач. — У меня родственники живут в запретной зоне. Ни я, ни мои родители не можем их навестить…

— Я вам помогу, — деловито обещал благодарный капитан. — Сколько вам нужно пропусков?

— Десять, — твердо сказал врач.

СИРИЯ. ДАМАСК. РЕЗИДЕНТУРА

Для офицеров резидентуры это было плохое утро. От главного военного советника сообщили, что при взрыве штаба погиб министр обороны и все, кто его сопровождал. Чудом уцелел заместитель министра по вооружению генерал-полковник Щипачев. Незадолго до нападения боевиков его срочно пригласили на переговорный пункт — вызывала Москва. Он вернулся после разговора, когда из-под обломков штаба уже вытаскивали обгоревшие трупы.

Останки погибших отправили на родину в запаянных гробах. Москва требовала найти и наказать наглых убийц, посмевших бросить вызов России.

НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ

СЕВЕРНАЯ ЖЕЛЕЗНАЯ ПОРОГА. СТАНЦИЯ ЗЕЛЕНОГРАДСКАЯ

Документы Каримова Шувалов читал, сидя на жесткой скамейке в закрытом павильоне станции Зеленоградская Северной железной дороги в ожидании электрички, и довольно быстро осознал, что произошло.

По просьбе министерства обороны, подкрепленной выделением секретного гранта, Алик Каримов развернул в своем институте тайную программу подготовки бойцов спецназа. Первые же результаты заказчика впечатлили — человек обретал богатырское здоровье.

В министерстве нашлись генералы, решившие воспользоваться программой. Привести себя в порядок, укрепить собственное здоровье, пошатнувшееся в результате тяжелой службы, а также неумеренного употребления калорийной пищи — не из общего котла — и горячительных напитков.

Высокопоставленных пациентов помещали в спец-блок. Самым заметным клиентом был молодой заместитель министра по вооружениям генерал-полковник Щипачев, которому предсказывали скорое повышение.

Для работы с особо важными клиентами Алик Каримов выписал из родных мест старого знакомого профессора Усманова. Не без оснований считал профессора кудесником. Усманов погружал пациентов в искусственный сон и проводил процедуры, которые и в самом деле преображали человека. Каримов знал, что профессор привез с собой неизвестные и непроверенные в России препараты, и потому на всякий случай не вникал в его методику.

Опытный был человек, оставлял себе возможность сослаться на незнание. О чем Каримов не подозревал, так это о глубокой религиозности профессора Усманова. И о том, что с некоторых пор профессор взялся всячески помогать «Исламскому государству»[5].

Каримов и предположить этого не мог! Спохватился, когда выяснил, что Усманов, пользуясь своими неограниченными полномочиями и минуя директора института, положил к себе в спецблок десять никому не известных человек. Заподозрив неладное, Каримов спустился вниз.

Одного из новичков как раз вывели из сна, чтобы покормить и провести очередное обследование. Каримов с ним заговорил. И быстро понял, откуда тот. Они перешли на арабский. В спецблоке института лежал боевик, поклявшийся отдать жизнь во имя халифата. А на соседней койке безмятежно спал поправлявший свое здоровье заместитель министра обороны.

Каримов безумно испугался. Что Усманов — или тот, кто за ним стоит, — задумал? Убить заместителя министра? Похитить его?

Алик составил служебную записку о самоуправстве профессора, собрал все документы и отвез на дачу, где и спрятал на чердаке. На всякий случай. Как гарантию своей безопасности.

Связным от министерства обороны был майор Осадчий. Похоже, ему Алик Каримов и пожаловался.

Об Осадчем Шувалов кое-что узнал. Майор прежде служил адъютантом генерала Щипачева, был ему предан и рассчитывал на большое повышение, когда шеф наконец станет министром.

Так что же произошло дальше?

Щипачева решили избавить от скандала?

Осадчий с Усмановым послали одного из тайных пациентов спецблока ликвидировать Каримова. А тот понял, что и его уберут. Схватил в ресторане лежавшие на столе деньги и попытался бежать… И все это произошло на глазах Шувалова, что нарушило все планы.

Теперь Шувалов иными глазами взглянул на историю чудесного спасения генерала Щипачева в Сирии. Вся делегация погибла, а он один выжил. Его вдруг вызвали на переговорный пункт. Счастливая случайность? Или все было подготовлено? Может быть, у кого-то в халифате возник план — помочь Щипачеву стать министром?

А что обещано взамен? И что же произошло с генерал-полковником, пока он лежал в институтском спец-блоке рядом с боевиками халифата?