— У нас появились оперативные данные о том, что эксперименты в институте вышли за рамки потребностей министерства обороны. Но точные данные мы получили недавно. Каримов проводил эксперименты на людях. Запрещенные эксперименты. В бумагах значилось испытание препаратов, снимающих боль. Ну, на случай военных действий. А в реальности с помощью специальных методик из этих людей делали убийц… В этом году профессор Усманов впервые добился успеха. И тогда организаторы этих экспериментов стали избавляться от тех, кто им больше не нужен. Поэтому убили Каримова.

Лебедев поймал взгляд Шувалова.

— Да, да, убийство, совершенное на твоих глазах, не было случайным. Твой приятель стал ненужным. Организаторы захотели напрямую управлять этой фабрикой по созданию убийц. Они зарезали Каримова, еще какую-то женщину и собирались спрятать концы в воду. Твое присутствие спутало им карты.

Шувалов прервал его.

— Мне кажется, тебя ввели в заблуждение. Я же тебе говорил, что видел троих пациентов в спецблоке. Одним из них был заместитель министра обороны Щипачев. Это же нелепо — превращать замминистра в киллера.

— Я поручил проверить твой рассказ о Щипачеве, — ответил Лебедев.

Он вернулся к столу и нажал кнопку переговорного устройства.

— Слушаю, Валерий Сергеевич, — донеслось из динамика, — добрый день, какие будут указания?

— Ты выяснил, где Щипачев из Минобороны? — попросил неизвестного Лебедев.

— Так точно, Валерий Сергеевич. Он полтора месяца был на Кольском полуострове на испытаниях. А когда прилетел, его положили в госпиталь. Инфекционное заболевание. Лежит в боксе.

Лебедев вернулся к Шувалову.

— Как видишь, местонахождение генерала известно. Не может такой человек просто исчезнуть и валяться на койке в каримовском институте. Думаю, что ты просто обознался. Принял за Щипачева другого человека.

Шувалов пожал плечами. На зрительную память он не жаловался и остался при своем мнении.

— Так вот, я не закончил, — спохватился Лебедев. — У нас есть веские основания полагать, что организаторы всех этих экспериментов готовятся к антиконституционным действиям.

— Неужели они на это способны? — удивился Шувалов. — Сколько видел людей из Минобороны, все — солдафоны.

— Ты просто не любишь военных, — покровительственно заметил Лебедев. — Это хитрые и умелые люди. У нас есть оперативная информация, вызывающая беспокойство на самом верху. Вполне возможно, что кто-то из пациентов спецблока попытается убить президента.

— И вы не в состоянии защитить главу государства?

— Мы не знаем возможностей людей, которые прошли через спецблок каримовского института, — осторожно ответил Лебедев. — А вдруг они обрели какие-то сверхъестественные способности?

— И ты в это веришь? — Шувалов отнесся к этой мысли более чем скептически.

Лебедев говорил почти шепотом. От прежней шутовской манеры не осталось и следа. Он был серьезен, как никогда.

— Когда речь идет о судьбе живого человека, с одной стороны, и о судьбе страны, с другой, ничего нельзя упускать. Люди Осадчего следовали за убийцей неотступно. Они получили приказ уничтожить его сразу после убийства Каримова, чтобы не оставлять следов. Но в какой-то момент они его едва не потеряли. Он бросился в реку, с которой только что лед сошел. Переплыл и на берегу голыми руками убил спецназовца, который его обнаружил. Переоделся в его одежду и побежал к ресторану. Кто на такое способен? Нормальный человек это сделать не в состоянии… У нашего президента прекрасная охрана; может быть, лучшая в мире. Но как его уберечь от того, что невозможно предугадать?

Лебедев ругнулся и зашагал по кабинету.

— Нужно узнать, кто прошел через спецблок и кто этим руководил. Предположения у нас есть. А доказательств нет… — Лебедев развел руками. — Мы все находимся в подвешенном состоянии. Ты, кстати, тоже. Осадчий тебя не оставит в покое. И твою Лизу тоже.

К последнему аргументу Шувалов был особенно чувствителен. Ему не сложно было представить Лизу в руках майора Осадчего.

— Виташа, — Лебедев опять понизил голос. — Когда я узнал, что ты замешан в этой истории, я делал, что мог. Поэтому ты жив и на свободе. Теперь ты должен нам помочь. Помочь президенту, стране. Лиза не может не знать, где Каримов хранил секретные институтские документы. Найдем документы — обезвредим убийц и спасем страну от бог знает каких неприятностей.

МОСКВА. КВАРТИРА КАРИМОВЫХ

Лиза времени даром не теряла. Весь день, стараясь выбросить из памяти вчерашние неприятности, она занималась собой. Коротко постриглась — так любил Шувалов. Надела длинное платье с большим вырезом, обошлась минимумом украшений — только маленькие сережки с бриллиантами.

Когда Шувалов пришел, усадила его за стол, заставленный посудой, словно ожидался большой прием.

— Салат с креветками самый вкусный, — уверенно сказала она и переложила ему в тарелку добрую половину салатницы.

— Я это за неделю не съем, — слабо сопротивлялся Шувалов.

Лиза оценивающе посмотрела на него.