Он повернулся к прапорщику:

— Как я махну рукой, так вы скажите задержанному, чтобы он выходил.

Тюремный прапорщик, который с наслаждением прикуривал взятую с барной стойки сигарету от большой настольной зажигалки, лениво кивнул:

— Ясно.

Его явно ни во что не посвятили.

Второй прапорщик проводил Шувалова насмешливым взором. Он не выпускал автомата из рук, словно собираясь пустить его в ход. Убит при попытке бегства — вот и конец всей истории…

Шувалов вновь оказался в тесной туалетной комнате. Открыл кран с горячей водой. С наслаждением вымыл руки и ополоснул лицо. Вытираясь, посмотрел в окно. Оно выходило на дорогу. Машина, на которой его привезли, стояла с другой стороны.

Он опустил задвижку и распахнул окно. Выглянул — на этой стороне не было никого, кто мог заметить его побег. Он залез на подоконник и неуклюже прыгнул вниз. От удара о землю заныло избитое тело. Но он сжал зубы и побежал к дороге.

Его побег заметили слишком поздно. Не ожидали от него такой прыти. С усилием он вскарабкался на асфальт и поднял руку. Оглянулся. Прапорщик — подручный майора Осадчего — целился в него. Но для прицельной стрельбы слишком большая дистанция. И много свидетелей.

Когда остановилась какая-то машина, Шувалов плюхнулся на сиденье и попросил добросить до города. Оглянулся — погони не было.

Шувалов думал о том, что у него есть только один шанс избежать пули или тюрьмы — самому решить эту загадку и выяснить, почему же был убит заместитель министра и генерал в штатском Алик Каримов.

Единственный человек, способный ему помочь, — Лиза. Помогая ему, она спасет и себя. Горинович запросто способен ее арестовать. А что сделают с ней в камере, Шувалов и думать не хотел.

МОСКВА. ИНСТИТУТ

Вид у Шувалова был хуже некуда. На лице двухдневная щетина, под левым глазом кровоподтек. Одежда своя. В казенное только осужденных переодевают. Но брюки смялись до состояния тряпки, а куртка разорвана в двух местах.

Водитель посматривал на него подозрительно, но Шувалов сидел с важным видом. Он назвал адрес института, всей душой надеясь, что Лиза на месте. Когда подъехали, Шувалов попросил встать подальше от фонаря. Позаимствовал у водителя мобильный телефон, пообещав: «Заплачу за все».

Тот, поколебавшись, протянул трубку. Шувалов дрожащими от усталости и напряжения пальцами набрал номер. Лиза — в крик:

— Где ты? Я уже думала, тебя нет, морги все обзвонила.

Шувалов не хотел говорить долго:

— Я рядом. Выйди с деньгами. Мне заплатить нечем. Когда вернул трубку, водитель, пожилой человек с наколкой на правой руке, посмотрел уже с сочувствием:

— Я когда плавал, тоже попадал в переплеты. Ты правильный курс держишь. Всегда надо к своей бабе возвращаться. Это первое правило. Она отругает, но простит.

Лиза выбежала из ворот в распахнутом пальто. Шувалов вылез, стараясь держаться в тени, чтобы охранники не увидели его лицо. Лиза обняла его. Щеки у нее были мокрые — то ли от слез, то ли моросившего дождя.

— Что ты со мной делаешь? — Лиза хлюпала носом. — Как же ты мог пропасть? Не позвонив, не дав о себе знать… Что я должна была думать после смерти Алика? Я решила, что кто-то и с тобой расправился…

Шувалов гладил ее по плечам. Голова водителя показалась из машины:

— Слышь, кореш, мне пора.

Смущенный Шувалов попросил Лизу:

— У меня с собой ни копейки… Будь добра, надо заплатить водителю.

Лиза с готовность раскрыла сумку.

— Какие глупости, возьми, сколько надо.

Когда «москвич» растворился в темноте, Лиза, утерев слезы, попросила:

— Теперь ты можешь наконец объяснить, где ты пропадал и что вообще происходит?

— Именно это я и хотел сделать. Можешь как-нибудь провести меня в институт?

Лиза удивилась вопросу.

— Разумеется, сейчас выпишу тебе пропуск.

— У меня нет ни паспорта, ни вообще никаких документов, — обрисовал ситуацию Шувалов.

Лиза призадумалась.

— Тогда не знаю, как это сделать.

— Твою машину проверяют? — поинтересовался Шувалов.

— Конечно, нет!

— А у тебя по прежнему «ауди» с темными стеклами?

Лиза вернулась в институт и минут через десять выехала на своей машине. Шувалов, успевший основательно промокнуть под усилившимся дождем, с наслаждением расположился на переднем сиденье дорогого авто. Оно было заметно мягче тюремного табурета.

Шувалов коротко пересказал Лизе все, что происходило с ним в последние дни.

— Значит, этот следователь грозился меня арестовать? — переспросила Лиза.

— Он прокурор, — заметил Шувалов.

— Они не посмеют, — в голосе Лизы сквозила уверенность, причины которой он не понимал.

— Меня посадили, — напомнил Шувалов.

Лиза искоса посмотрела на него.

— Есть человек, который не позволит им это сделать.

— Ты уверена?

Лиза гордо кивнула.

— Стоит ему только слово сказать, они подожмут хвосты, и мы больше никогда о них не услышим.

Лиза не захотела назвать имя. Кого она имеет в виду? Спрашивать он не станет. Но он видел в институте министра обороны. Он вправе интересоваться экспериментами, которые проводятся по заказу его ведомства. А может приезжать и с личными целями. Известно, что министр разведен. Выгодный жених…