Читаем Ночь ястреба полностью

— Это самые странные боеголовки, которые мне только приходилось видеть, — заметил скептически Вощанка, обращаясь к генералу Габовичу. — Не очень-то смертоносными они выглядят.

— Смертоносными? — Габович ошарашенно посмотрел на генерала. Неужели этот старикан настолько наивен... — Генерал, они не только смертоносны, они все стирают с лица земли. Боеголовка «Физикоуса» КР-11 — это просто произведение искусства в области термоядерных боеголовок. Это совершенно автономная боеголовка, станция наведения и взрывной механизм в сверхкомпактной упаковке. Так что нет необходимости иметь на ракетах отдельные системы наведения и подрыва, нужна только хорошая система координации между боеголовкой и системой управления полетом.

Словно мясник, пытающийся продать сомнительный кусок мяса, или торговец автомобилями, старающийся сбыть румынскую тачку, Габович ласково погладил одну из боеголовок и стал объяснять:

— Станция наведения находится в задней части, значит, она будет расположена вблизи центра тяжести ракеты. Этот кольцевой лазерный гироскоп способен почти мгновенно осуществлять горизонтирование и грубую настройку на север... Вы можете гнать тягач с пусковой установкой сотни километров по самой плохой дороге, установить тягач с работающим двигателем на неровной поверхности, но в течение шестидесяти секунд гироскоп непременно настроится на север. Он может выдерживать перегрузку в 40g и другие экстремальные условия, а питается от химических батарей, не требующих обслуживания и замены. Инерционно-измерительной системе нужно всего две минуты состояния покоя, чтобы закончить тонкую настройку боеголовки перед запуском.

Габович видел, что еще не убедил Вощанку. «Старый болван», — подумал он и продолжил:

— Сама боеголовка расположена в центральной части. Она представляет собой устройство типа «деление-синтез-деление» мощностью десять килотонн. КР-11 — одна из самых компактных и самая эффективная боеголовка подобного типа. Здесь взрывное устройство, содержащее плутоний-239, окружено дейтериевым сердечником, и все это находится внутри заряда урана-235. Начальный, направленный внутрь взрыв плутония вызывает реакцию деления, в процессе которой горит дейтериевое топливо, в результате чего возникает обширная реакция ядерного синтеза, сгорает урановая оболочка и возникает длительная реакция деления...

Вощанка небрежно махнул рукой.

— Я не понимаю и половины из того, о чем вы говорите, Габович, — с раздражением бросил он. — Можете вы объяснить это словами, понятными старому вояке?

— Разумеется, генерал, — снисходительным тоном произнес Габович. Вощанка был так же глуп, как те идиоты-литовцы, которых белорусский генерал расстрелял позавчера возле «Физикоуса». — В результате получается взрыв, равный по мощности тем, что уничтожили Хиросиму и Нагасаки. И все это заключено в контейнере, который вы запросто можете взять и унести с собой. Если вы запрограммируете наземный взрыв, то огненный шар достигнет примерно двух километров в диаметре, и все исчезнет с лица земли. Останется только то, что глубоко под землей и при этом сильно защищено. А при взрыве на высоте пять тысяч метров будет уничтожено все на земле в диаметре пяти километров.

— А как насчет радиактивных осадков? — проворчал Вощанка.

— Осадки не такая уж большая проблема, как вам кажется, — небрежно бросил Габович. — Мощность этого оружия относительно невелика, оно не предназначено для «вгрызания в землю», поэтому при воздушном взрыве на большой высоте осадки будут минимальными. А при наземном взрыве осадки распространятся в радиусе примерно двадцати — тридцати километров — в зависимости от ветра и погоды.

— Тридцать километров! Да территория Литвы всего триста километров в ширину!

— Что ж, конечно, любое применение ядерного оружия должно быть тщательно и разумно спланировано. Но в любом случае всего через два дня радиоактивность резко снижается и по территории вполне можно передвигаться в защитных костюмах и респираторах. — Габович, указав на стоящий рядом тягач, добавил: — В этом тягаче для вас приготовлено пятьсот комплектов костюмов, защищающих одновременно от радиации, химического и биологического заражения. И еще специальные маски. Все это изготовлено в «Физикоусе» из литовских материалов. Мы продолжаем производить такие костюмы и маски, но я уверен, что у вас на складах полно старых советских защитных комплектов. А спустя две недели после взрыва солдаты даже без защиты смогут ограниченное время находиться на зараженной территории.

И все же скептическое выражение не сходило с лица Вощанки. Криво усмехнувшись, Габович продолжил: