Читаем Ночь ястреба полностью

— Как и ожидалось, оккупация Литвы осуществляется белорусскими войсками как изнутри, так и извне, — продолжил дежурный. — На территории Литвы белорусские войска действуют медленно и относительно неорганизованно — главным образом из-за налетов, осуществленных литовскими партизанами из Сил Самообороны. Белорусские войска занимают большую территорию вокруг их авиабазы в Шяуляе, но дальнейшее продвижение затруднено отсутствием связи и плохой координацией действий. Партизанские налеты литовцев продолжаются. Но что касается вторжения в Литву извне, то оно осуществляется довольно успешно. Белорусская армия, что оказалось неожиданным, проигнорировала все предупреждения русских в Калининградской области и в самом Калининграде и двинулась на Литву.

— И русские совсем не оказали им сопротивления? — спросил изумленный Кундерт. — Черт побери, что там происходит? Как такое могло случиться?

— Мы считаем, что здесь несколько причин, сэр, — ответил дежурный. — Удары белорусских войск были быстрыми и решительными, и сопротивление, возможно, было бесполезным. Мы также не сбрасываем со счетов возможность сговора между Вощанкой и русскими генералами в Калининграде. Ведь Калининградская область всегда обладала относительной независимостью от Москвы, и уж тем более от СНГ, а после распада СССР там появилось множество местных амбициозных военачальников...

— А я-то считал Калининградскую область оплотом России, — оборвал дежурного министр обороны Престон. — Почему же теперь за нее такая драка?

— Калининградская область всегда была частью России, — пояснил дежурный, — но когда-то давно она входила в Польско-Литовскую империю. Ее отняли у Польши во время Второй мировой войны, когда советские войска выгнали из Польши нацистов. Калининград, безусловно, советско-российский город, но после развала СССР и ослабления советской военной мощи большую силу набрали там местные военные[6].

— И когда перед бывшими советскими военачальниками встала дилемма — быть уничтоженными или пойти на сотрудничество с Беларусью, они выбрали сотрудничество, — подвел итог Кертис.

— Белорусские войска наступают на Литву по трем основным направлениям: вдоль побережья в направлении порта Клайпеда, из Калининградской области в направлении Каунаса, и с востока в направлении Вильнюса, — продолжил докладчик. — Передовые отряды уже перешли границу Литвы.

— Значит, мы опоздали, — заметил министр обороны Престон. — И что бы мы ни предпринимали, белорусские войска мы уже не остановим, так?

С другой стороны на подиум поднялся второй докладчик, и первый моментально уступил ему место.

— Я так не считаю, господин министр, — заявил генерал-лейтенант ВВС Брэд Эллиот. — Мои... наши «Мегакрепости» могут значительно замедлить продвижение белорусских войск.

Престона внутренне разозлило это замечание Эллиота. Он понимал, что следует предпринять какие-то решительные меры, чтобы остановить эту войну, но не считал для этого идеальным решением план Эллиота, предусматривающий отправку в район конфликта бомбардировщиков В-52. Министр обороны вообще не любил одобрять военные планы, разработанные не им самим, а в конкретной ситуации ему еще не нравилось то, что и его осуществлением будет заниматься кто-то другой, тем более — Эллиот. Но президент и Вилбор Кертис пришли к соглашению, и в данном случае «Мегакрепости» являлись их единственными оборонительными силами.

— Я знаю, для каких объектов предназначены удары «Мегакрепостей», генерал Эллиот, но что они могут сделать сейчас, когда белорусские войска уже вторглись в Литву?

— Фотоснимки со спутников свидетельствуют, что передовые отряды состоят из легковооруженных разведчиков, легкой бронетехники и только патрульных вертолетов, — пояснил Эллиот. — А основные танковые части все еще находятся в нескольких часах хода от границы. Мы можем нанести удар по белорусским танкам, прежде чем они пересекут границу Литвы.

— Всего несколькими «Мегакрепостями»? Что-то не верится, — скептически заметил Престон.

— Каждый бомбардировщик ЕВ-52 «Мегакрепость» стоит целого полка тактических бомбардировщиков А-10 или F-16, — возразил Эллиот. — Возможно, они и не сумеют за одну ночь остановить все белорусские войска, но, если уничтожить хотя бы первую волну наступающих, это сможет оказать значительную помощь в приостановлении вторжения.

В глубине души Престон согласился с оценкой Эллиота, но говорить ему об этом не собирался. Из его уст прозвучали совсем другие слова:

— Но это только в том случае, если бомбардировщики отыщут свои цели. Где они сейчас находятся?

— Ожидается, что через сорок минут основная группа из четырех бомбардировщиков пойдет посуху.

— Посуху?