Читаем Ночь ястреба полностью

На другом дисплее индикатора неисправностей автоматически высветился порядок устранения поломки. Второй пилот выполнил первые четыре пункта — проверил показания второго двигателя, включил вспомогательные насосы, визуально осмотрел двигатель на предмет наличия признаков пожара... А далее следовало переходить к пятому пункту.

— Кен, следующим пунктом идет отключение двигателя в полете, — сообщил он пилоту.

— Не бери в голову, — отозвался пилот. — У нас есть еще несколько минут, прежде чем он начнет барахлить. Высадим ребят, а потом полетим в посольство. Свяжись с Юргенсеном и попроси его подготовить площадку. — По внутренней связи он передал: — Инструктор, начинайте высадку людей на крышу. У нас, пожалуй, всего две минуты, а потом будем вынуждены улететь...

Первый «Молот» завис всего в двадцати футах над крышей. Из него вылетело четыре веревки — две из десантного отсека и по одной из правой и левой дверей. В течение десяти секунд все восемнадцать морских пехотинцев спустились по ним на крышу. У альпинистов, скажем, такой спуск занял бы гораздо больше времени, а у десантников на веревках не было ни карабинов, ни других приспособлений для спуска. Такой спуск был сродни падению в огненную дыру, снижение контролировалось только руками и ногами и, как правило, осуществлялось очень быстро.

Морским пехотинцам тут же стало ясно, что у обороняющихся на крыше омоновцев нет приборов ночного видения, они шарахались по крыше, словно слепые котята, вглядываясь в небо в поисках самолета. А морские пехотинцы были уже на крыше и могли без труда приблизиться к омоновцам. Автоматы МР-5 штурмовой группы быстро смели с крыши уцелевших омоновцев, и все же один морской пехотинец был ранен в ногу, когда спускался по веревке.

Пилот «Молота» уже был готов подняться вверх и взять курс на американское посольство, как по рации прозвучало:

— "Молот", снижайтесь! «Молот», снижайтесь! Приготовьтесь забрать раненого!

Но у пилота была своя незадача. Давление масла в правом двигателе стремительно падало, а теперь в этом же двигателе возникла еще и проблема с давлением топлива.

— Черт побери, я так и знал! — выругался он. — Да на крыше он, наверное, будет в большей безопасности, чем с нами. — И все же пилот передал по внутренней связи: — Стрелки, мы снижаемся, направляйте меня. И действуйте побыстрее, иначе нам не на чем будет лететь, а я не захватил с собой кредитную карточку «Америкен Экспресс».

С помощью стрелков, действовавших в качестве наблюдателей, «Молот» завис буквально в двух футах от крыши, и раненому морскому пехотинцу помогли забраться по трапу внутрь. Уже через тридцать секунд после поступления сигнала с крыши стрелки, прошедшие курс медицинской подготовки, оказывали помощь раненому. Пилот немедленно поднял «Молот» на высоту пять тысяч футов, чтобы избежать угрозы поражения огнем с земли. К этому моменту давление масла упало до красной отметки.

— Ладно, Джим, продиктуй мне порядок отключения двигателя, — попросил командир второго пилота. Следуя указаниям инструкции, пилот перевел «Молот» полностью в вертолетный режим и вручную распределил тягу вертолетного двигателя на оба винта, что позволило лететь на одном двигателе. Убедившись, что оба винта работают нормально, пилот заглушил правый двигатель, и произошло это буквально за секунду до того, как из него вытекло все масло.

На крыше секретного здания «Физикоуса» четверо морских пехотинцев установили пулеметы и принялись высматривать какие-либо признаки контратаки, а капитан Снайдер со своим начальником штаба установили связь с посольством и «Молотом-4», кружившим на безопасном удалении над городом. Остальные одиннадцать морских пехотинцев отключили механизм лифта, ведущего на крышу, затем взорвали дверь на лестницу и устремились по ней вниз.

Этаж за этажом штурмовая группа спускалась по лестнице, сметая на своем пути противника. Незаметность и скорость продвижения были очень важны, поэтому они обходились без шумных и мощных взрывов. На каждом этаже выстрелы их автоматов МР-5, оснащенных глушителями и пламягасителями, разбивали лампочки и уничтожали попадавшихся охранников. Через шестьдесят секунд лестница четырехэтажного надземного здания уже полностью контролировалась морскими пехотинцами. Трое из них остались охранять лестницу, а остальные, разбившись на четыре группы по два человека, остановились у дверей каждого этажа в готовности начать штурм.

И когда в их рациях прозвучал пятикратный писк, все группы одновременно начали штурмовать каждая свой этаж.