Читаем Ночь ястреба полностью

— В любое время могу проинформировать вас, как идут дела у других групп спецназа, — добавил Кертис.

— Кстати, об Эллиоте, — вспомнил президент. — Что-то его совсем не слышно в последнее время. Его информируют о подготовке его людей и о положении «Краснохвостого Ястреба»?

— Его нет в списке людей, подлежащих ознакомлению с текущей информацией, сэр, — ответил Кертис и бросил при этих словах взгляд на Рассела. Ведь именно Рассел принял решение исключить Эллиота из этого списка. — Хотите внести коррективы в список?

— Эллиот может получать информацию по собственным каналам, — с раздражением заметил Рассел. — Готов поспорить, что он информирован не хуже нас... не правда ли, генерал Кертис?

Лицо Кертиса медленно залилось краской.

— Его группа сконструировала самолет, который доставит подразделения спецназа в Литву. Он также разработал систему, анализирующую спутниковые разведданные и ход операции, ее установили в оперативном командном пункте. Он отправил четверых своих старших офицеров, двое из которых спасли ему жизнь, участвовать в операции в восьми тысячах милях от дома. Так что, мистер Рассел, не говоря уж о том, что этот человек и его Центр смогут оказать нам громадную помощь в случае, если ситуация взорвется, я думаю, он заслуживает того, чтобы быть информированным о ходе подготовки операции.

— Ну хорошо, хорошо, — сдался Рассел. — Я ведь не знал, что в свое время вы были с ним неразлучны, как сиамские близнецы. Включите его в этот чертов список.

— Ладно, тогда все, — объявил президент, довольный, что совещание завершилось. — Я уже представляю, какая чертовски бурная ночка нам предстоит.

* * *

Часовня Тракайского замка, окрестности Вильнюса, Литва,

12 апреля, 12.13 по среднеевропейскому времени.

Впервые более чем за двести лет состоялись похороны рыцаря — «Железного Волка». И хоронили сразу двадцать трех литовских рыцарей. Посередине часовни в главном здании Тракайского замка стояли гробы, задрапированные красными боевыми знаменами великого князя Литовского и окруженные высокими свечами в сверкающих старинных золотых подсвечниках. Гроб старшего по званию майора Колгинова находился впереди, и именно на этом задрапированном знаменем гробу лежал меч Великих Князей Литовских. Четыре закованных в латы рыцаря стояли в почетном карауле, в руках каждый из них держал секиру с длинным древком, а за спинами висели скрытые — но так, чтобы в любой момент можно было легко воспользоваться, — автоматы АК-47. Традиции и церемония похорон соблюдались, но солдаты литовской армии даже в почетном карауле находились в состоянии боевой готовности.

Мессу по другим солдатам, погибшим в бойне у Денерокина, уже отслужили днем, а месса по погибшим рыцарям была назначена на полночь — именно в это время проводились и другие рыцарские ритуалы. После заупокойной службы по убиенным солдатам и мирным демонстрантам Анна Куликаускас разыскала генерала Доминикаса Пальсикаса. Он стоял на коленях возле первого ряда скамей. Дойдя до первого ряда, Анна преклонила колени, потом тихонько поднялась и принялась ждать, когда Пальсикас поднимет взгляд и посмотрит на нее. Одет он был не в свою красную сутану, а в полевую форму, на боку висела кобура с «Макаровым». Выглядел генерал так, словно через минуту собирался вступить в бой. Каска типа американской, портативная рация и заряженный автомат АК-47 лежали рядом на скамье.

— Охрана пропустила меня, — промолвила Анна. — Они узнали меня, вспомнили ту, другую, ночь, когда я была здесь. — В ответ не прозвучало ни слова. — Мне очень жаль ваших людей, генерал.

— Так зачем вы пришли сюда? Вам же не нравятся наши «варварские» ритуалы. А это просто еще один из них. Или вы пришли предъявить мне обвинение в смерти этих людей?

— Прошу вас, не надо так говорить, Доминикас. Тогда, возле Денерокина, я была в шоке, меня охватил ужас. И вы показались мне воплощением всего зла, творящегося в Литве, хотя это и было совершенно не так. Боже мой, я видела лежавшие на земле трупы детей... Прошу вас, простите меня, Доминикас. Я совсем забыла, что надо доверять нашим военным. Доверять вам.

Пальсикас кивнул и повернулся к Анне.

— Значит, это ваша заслуга в предоставлении свидетельских показаний Совету министров СНГ по поводу инцидента. Должен поблагодарить вас за то, что вы собрали свидетелей, показания которых были в мою пользу.

— Я попыталась установить личности солдат, которые первыми открыли огонь — выпустили гранаты. Была уверена, что они литовцы. Но, поговорив с другими свидетелями и просмотрев фотографии всех ваших людей, мы поняли, что это не так. Я боялась за вас. Не могла поверить, что они схватили и утащили вас. Вас — гражданина Литвы и самого высокопоставленного военного республики — схватили иностранные солдаты, словно разбойника с большой дороги! Я обязана была что-то предпринять. Мы передали нашу информацию Совету министров СНГ и потребовали вашего освобождения...