Читаем Нитка кораллов полностью

— Так что же нам, на работу не ходить? — жалобно сказала Типа.

— Да, трудно, очень трудно, — задумчиво покачал головой Колар. — Верно вы сказали: кутерьма. Непонятная кутерьма!

Разговор получился смутный и довольно бестолковый. Договорились, что за детьми будут смотреть со всем вниманием, а если что-нибудь обнаружится, сейчас же друг друга известят.

В то же самое время бурно совещались в квартире, где жили Крахмальниковы.

Кроме самой Крахмальниковой и ее мужа, рабочего металлургического завода, в кухне находились соседи: бухгалтер с женой и тетя Мотя. Юрке и Светке приказали спать, но оба то и дело шмыгали по коридору, всовывали свои носы в открытую дверь и жадно прислушивались.

Собственно, подслушивать не было никакой надобности. Громкий голос Крахмальниковой разносился по всей квартире.

— Собственноручно я этих самых шаромыжников не сидела, врать не буду! А подозрение у меня давно имеется. Чего, думаю, моя Светка жмется и дрожит со страху? Должна быть тому причина, не иначе!

— Ничего не бывает без причины, — глубокомысленно сказал пожилой бухгалтер. — Однако в милицию надо обращаться с совершенно подбитыми, как говорится, фактами. В противном случае — нам же конфуз.

— Ваша правда, Василий Кузьмич. — Сложив на груди руки, тетя Мотя сидела на табуретке необычно хмурая. — Что за околесица такая, просто даже в толк не возьму! День-деньской я во дворе метлой размахиваю, и никогда мне никакая чужая шпана на глаза не попадалась. А чего ребятишки наши вдруг забоялись? Сроду такого не бывало, тихий у нас двор, хороший. Да и не очень многолюдный. Разве такие дворы бывают?

— Чем старше становится ребенок, тем больше от него шалостей и беспокойства, — сказала бухгалтерша. — А наши подрастают.

— Конечно, нечего в милицию раньше времени соваться. — Крахмальников зевнул и прикрыл рот рукой. — Будут ребятишек выспрашивать, они и вовсе напугаются. У Юрки и так двоек хватает. Если какая шайка вокруг нашего двора околачивается, как-нибудь она себя выявит, тогда уж, ясное дело, участковому заявим.

— Выявиться-то может так, что и не обрадуешься! — сказала тетя Мотя. — И что нынешним подросткам надо? Мы, бывало, голые-босые росли, да честные. А этим всего мало!

— Идейность у нас была и в юном комсомольском возрасте, — наставительно сказал бухгалтер. — Идейность сейчас хромает.

— Ремнем мало пользуются, вот и не хватает идейности, — прогудела Крахмальникова.

— Пошли спать, — сказал Крахмальников, и все поднялись.

22

Севка чувствовал себя неуютно. Ему казалось, что все подозрительно на него косятся и украдкой посмеиваются. Севкино самолюбие невыносимо страдало. Чтобы не показать своего состояния, он держался развязнее, чем обычно, был подчеркнуто весел. И на каждой перемене торчал в пионерской комнате, показывая свою активность.

Он просматривал газеты, когда пионервожатая сказала:

— Мало мы все-таки встречаемся с интересными людьми. В прошлом году были у нас в гостях и ученые, и метростроевцы, и писатели. А в этом году еще никто не был. Хорошо бы с производства кого-нибудь пригласить или с большой интересной стройки.

— А у меня как раз отец вернулся с огромного строительства, — сказал Севка, мило улыбаясь. — Может, его пригласить к нам в школу?

— О, чудесно! — обрадовалась пионервожатая. — Пожалуйста, Локтев, поговори с папой, чтобы он выступил у нас на ближайшем дружинном сборе. Он кто у тебя, инженер?

— Да, — сказал Севка.

— Ну, как удачно получилось. Пусть хоть немножко расскажет.

Севка твердо обещал, что отец его придет на дружинный сбор. Настроение у него исправилось. Все будут посматривать на Севку с уважением: ведь это его отец сидит в президиуме, это его отца слушают. А осел и ябеда Ревунов будет посрамлен!

Однако на дружинный сбор отец пятиклассника Доктора не пришел. Обошлись другими выступлениями. Но явился на сбор и сам Севка. Не пришел он в школу и на другой, и ка третий день.

23

Погожая осень канула в прошлое. Часто шли дожди, дул холодный ветер. Присматривать за детьми стало много проще: они сидели по домам.

Опять, как бывало до появления Севки, Вартан с Колей часами играли в пластилиновых человечков. Подводное царство под круглым столом, заброшенное, когда кипучая деятельность протекала во дворе, снова ожило. Водолазы сражались с акулами, морскими ежами и допотопными ящерами. Приключение следовало за приключением. Колин голос радостно звенел. Иной раз негодующие крики Вартана заставляли баб-Аню прибегать из кухни:

— Что у вас тут?

— Эта бестолковая наступила ногой в пропасть! — возмущался Вартан. — И стоит, проходу никому не дает, ни вездеходу, ни саблезубому тигру!

— Я нечаянно, я же нечаянно! — оправдывалась Ирка.