Читаем Незнакомец полностью

— Да, узнав, что вы сегодня приедете, мы откопали несколько старых фотографий. Вот, смотрите, это же он.

Косугэ показал Кидо фотографию Макото Хары, который позировал в красных боксерских перчатках и в боксерской стойке. Тогда он меньше весил, но это, несомненно, был Икс.

Не находя слов, Кидо смотрел на фотографию и думал о том, что он наконец добрался до истины. Дрожь пробежала по его плечам, затем по спине, перекинулась на руки и ноги, будто судорожно искала путь.

Судя по всему, догадка на выставке работ осужденных, подсказанная интуицией, о том, что Икс — сын Кэнкити Кобаяси, его не обманула. Будь она неверной, ему оставалось бы только вздохнуть о неудаче, но теперь он в оцепенении осознавал невероятность происходящего.

— Почему погиб Макото? — спросил Косугэ, чтобы прервать молчание Кидо. Очнувшись от своих мыслей, он поднял глаза на Косугэ.

— Работал на лесозаготовках, погиб в результате инцидента на рабочем месте, — объяснил Кидо, не вдаваясь в подробности.

Косугэ слушал его, скрестив руки на груди и полуоткрыв рот. Янагисава тоже то и дело поддакивал, при этом подбородок его сморщивался, делаясь похожим на косточку соленой сливы.

— С какого времени он стал ходить в этот клуб?

— Весной 1995 года. Я это хорошо помню, ведь накануне случилось крупное землетрясение в Кобэ, а вслед и теракт Аум Синрикё[13].

— Понятно… в тот год, значит.

— Сначала про него поговаривали, что он один из сбежавших адептов Аум Синрикё, — сказал с усмешкой Янагисава.

Поймав недоуменный взгляд Кидо, Косугэ поспешно добавил:

— Все дело в том, что Макото никому о себе не рассказывал. У него был особенный взгляд, будто было что скрывать. Он был чувствительным человеком, с трудом общался с окружающими, а еще в нем была словно какая-то сжатая пружина внутри.

— Судя по фотографии, у него вполне добрый взгляд.

— Он изменился по сравнению с тем временем, что занимался у нас. Может, обрел свое счастье, когда женился?

— Да, судя по всему, — ответил Кидо искренне и кивнул.

— Когда занимался боксом, вот таким был, — добавил Косугэ, кивнув на старую фотографию Макото Хары. И правда, казалось, что это взгляд совсем другого человека.

— Ну, он был внимательным, хорошим человеком. Да и взгляд его, не пугающий звериный взгляд, просто, как бы это сказать…

— Он был зорким.

— Да, проницательным. Все же бокс — это парная игра, важно, с каким отношением ты стоишь перед лицом противника. От этого зависит, получится у тебя или нет.

— Понятно. А почему он начал заниматься боксом? С самого начала хотел стать профессиональным боксером?

— Сначала, кажется, его случайно прибило к нам. Я тогда стоял у входа в кабинет и наблюдал за тренировками, он вдруг вошел. Я до сих пор хорошо помню этот момент.

Кажется, точно так же Макото Хара неожиданно появился в магазине канцелярии Риэ. В мыслях Кидо эти два события слились в одно. Возможно, это было характерно для Хары — с осторожностью соприкасаться с остальными фрагментами этого мира.

— И со временем у него проклюнулся талант?

— Да, именно так. Он ничего не знал о боксе, но у него были отличные рефлексы, и он быстро запоминал. А еще он отдавался тренировкам так, словно это единственное, что у него было. А в боксе вот это самое важное.

С этими словами Косугэ сжал кулак и выставленным большим пальцем несколько раз постучал по груди. Кулак был сжат не сильно, но Кидо почувствовал, что в его очертаниях есть какая-то сила, отличающая его от руки обычного человека.

— Он тогда и сам это решил, да и я рекомендовал. Пройти сертификацию, чтобы стать профессионалом. Тогда и Янагисава вкалывал изо всех сил, чтобы стать профессиональным боксером.

— Немного людей стремятся в профессиональный бокс?

— Сейчас мало. В нашем клубе восемьдесят ребят, но почти все любители. Включая женский бокс. Сложно прокормиться, когда ты профессионально занимаешься боксом. А те, кто хочет заниматься серьезно, начинают искать в интернете, какой клуб перспективнее, и идут туда. Маленькому клубу в жилом квартале сложно…

— Понятно. И сколько на круг выходит? Извините, спрашиваю из любопытства.

— При вступлении в клуб десять тысяч иен. Верхний потолок ежемесячной оплаты устанавливает ассоциация — двенадцать тысяч. Кроме того, спортсмены должны заказать капы, купить перчатки, разные мелкие расходы. Не так много, ведь в этом спорте нет инвентаря.

— Я думаю, господин адвокат спрашивал про заработки? — посмотрев на Кидо, добавил с улыбкой Янагисава. А затем, увидев недоумение в лице Косугэ, ответил на этот вопрос сам: — Больших боев примерно три в год. В бою с четырьмя раундами получаешь шестьдесят тысяч, с шестью раундами — сто тысяч. Прокормить себя на эти деньги невозможно. К тому же платят не наличными, а дают билеты на матчи. Для ребят вроде Макото — без знакомых — это было нелегко.

— Значит, все подрабатывают?

— Да. Как правило, в ресторанах. Например, Макото работал в китайском ресторане.

Кидо не записывал на диктофон, но делал пометки в записной книжке.

— А когда проходишь сертификацию, нужно предъявлять удостоверение личности?