Читаем Незнакомец полностью

— Для сертификации не нужно, но при получении лицензии необходима справка о регистрации или выписка из семейного реестра.

Отвечая на вопрос Кидо, Косугэ через плечо оглянулся на стажера, который выполнял упражнение «бой с тенью». Кидо тоже перевел взгляд на него. Молодой человек лет двадцати с волосами, разделенными на прямой пробор. Оставшись один на квадратном ринге, он наносил удар за ударом по невидимому противнику. Словно пытаясь увернуться от ударов, он постоянно переступал с ноги на ногу, раскачиваясь влево-вправо. Удары попадали в тело противника, которого у него пока не было, парень был отгорожен от будущего клеткой настоящего.

Кидо подумал, что и Макото Хара когда-то в одиночестве продолжал заниматься в этом полутемном спортзале.

— А, простите, — сказал Косугэ, повернувшись к нему.

И Кидо наконец улучил момент задать тот самый вопрос, который его больше всего волновал:

— Вы знаете, кто был отцом Хары?

Бросив взгляд на Янагисаву, Косугэ ответил:

— Да, мы слышали.

— И когда вы узнали об этом?

— Перед тем как дебютировать на профессиональном ринге, он пришел ко мне за советом, что хочет выбрать себе псевдоним для выступлений. Я согласился. Бокс вообще-то не такой яркий вид спорта по сравнению с кикбоксингом или боями без правил. Для бокса важно, чтобы имя запомнили зрители, и я предложил придумать что-то очень яркое. Но он сказал, что ему, наоборот, нужно простое и незатейливое имя.

— Он объяснил причину?

— Тогда он ничего не сказал, я уже позже только узнал. После того как он победил на турнире для новичков Восточной Японии.

— Понятно.

— Ну… я, конечно же, удивился. Но родители — это одно дело, а дети — совсем другое. Я подбодрил его, сказал, что это только его жизнь и все зависит лишь от его усилий.

— Он тогда что-нибудь рассказывал о своем прошлом?

— Дайте подумать… После того громкого дела он какое-то время жил с матерью в семье младшей сестры матери и ее мужа. Сначала они по-доброму их встретили, но вскоре дядя стал шпынять свояченицу. Защищая мать Макото, сестра встряла между ней и мужем, в результате впала в депрессию, и вскоре мать с мальчиком ушли оттуда.

— Ужасно…

— После этого мать оставила его в приюте, где он и прожил до окончания средней школы. В школе ему тоже пришлось тяжело… постоянные издевательства.

— Но ведь он уже сменил фамилию с Кобаяси на Хара к тому времени?

— Первая школа, в которую он перевелся, была неподалеку от прежнего дома, поэтому о том, кто он, сразу же стало известно. Отец Макото ведь убил мальчишку по возрасту чуть старше, чем собственный сын. Одноклассники ненавидели его, ведь его отец был убийцей. В той школе, в которую он ходил, живя в приюте, уже никто не знал, кто он такой. Но у него к этому времени стал скрытный характер, и вроде как его травили из-за этого.

— В старших классах он не учился?

— Он перевелся в вечернюю школу, но, по его рассказам, сразу же бросил. А затем ушел и из детского дома и, пока не пришел к нам, в течение двух-трех лет бродяжничал. Он не вдавался в подробности, но, думаю, несовершеннолетнему пришлось хлебнуть лиха. У него не было регистрации, он был выброшен на улицу совершенно один, ужасная судьба.

— Когда в исполнение привели смертный приговор для Кэнкити Кобаяси, в 1993 году, Макото было восемнадцать лет. Это как раз в то самое время?

— Макото до смерти ненавидел своего отца. Он был тихим парнем, однако стоило ему заговорить о том, что он родился у такого человека, у него появлялось на лице страшное выражение, будто он одержимый, он дрожал. Его взгляд становился таким острым, вот-вот пронзит тебя насквозь… Он говорил, что с убитым мальчиком они когда-то вместе играли. Наверное, эта мысль все время преследовала его.

— А он ходил в тюрьму к отцу?

— Нет. Я слышал, что нет. По словам Макото, от отца приходили письма, в которых тот писал, как раскаивается, какую вину чувствует, но все они были о том, как страдает он сам, а извинения перед жертвами были лишь формальными. А еще он писал, что просит сына не забывать о том хорошем, что было в их жизни.

Кидо вздохнул, вспомнив те безмятежные картины, нарисованные в тюрьме.

— Он был хорошим отцом для Макото до того преступления?

— Не знаю. После всего, что случилось, меняется и отношение к воспоминаниям… Но в любом случае он никогда не говорил, что хотел бы, чтобы отец остался жив. А что у него было на душе, я не знаю.

— Да… понимаю вас.

— Он пришел сюда спустя два года после казни отца. Наверное, наблюдая, как сверстники поступают в университеты, начинают работать, он захотел тоже какую-то цель в жизни.

Кидо кивнул в знак того, что понимает, о чем речь.

Косугэ вновь обернулся к рингу и сказал:

— Прошу меня простить. Я ненадолго. Сейчас вернусь. А вы пока можете задавать вопросы Янагисаве. Если интересно, можете прогуляться по залу.

С этими словами Косугэ быстро выскочил из кабинета. Кидо, разумеется, согласился, встал и поклонился.

Кондиционер то включался, то выключался. Когда Кидо вновь сел на место, почувствовал, какой холодный воздух внизу. Он понял, что прошло уже больше часа.