Читаем Незнакомец полностью

— Простите за прямоту, — продолжил Кидо, — жена этого человека очень страдает, потому что не знает, кем на самом деле был ее покойный муж. Я хотел бы как-то ей помочь. Один человек мне сообщил, что ваше настоящее имя, скорее всего, Ёсихико Сонэдзаки. Я понимаю, что это бестактно, но все же позволил себе этот вопрос.

Мужчина добавил в кофе много молока и сахара, сжал ручку чашки, а затем обвел взглядом присутствующих. Рот его был приоткрыт, но он так ничего и не сказал.

«Все же он не Макото Хара», — подумал Кидо.

В этом он теперь был почти убежден, однако не мог сдержать своего удивления. Причина, по которой этот мужчина молчит, возможно, заключается в том, что Омиура велел ему помалкивать. Может, он припугнул его, чтобы тот не проболтался?

— Хорошо. Давайте я задам другой вопрос, — продолжил Кидо. — Вы знакомы с Норио Омиурой?

— Да.

— Вы его знаете? — переспросил его Кидо, чтобы убедиться, что это «да» обозначает.

— Да, — ответил он чуть более решительно.

— Он был посредником, когда вы обменялись записями в семейном реестре?

Мужчина посмотрел на Кадосаки, безмолвно спрашивая, следует ли ему высказать те слова, которые застряли в горле, или все же проглотить их.

— Вы можете все честно рассказать. Вас на самом деле зовут Макото Хара?

— Да.

— А какое у вас настоящее имя?

— Мне… опять придется сесть в тюрьму?

— То, что вы нам сообщите, мы больше никому не скажем, — произнес Кидо, глядя ему прямо в глаза. Мужчина колебался, но наконец ответил:

— Мое настоящее имя — Сёдзо Тасиро.

Кидо нахмурился, у Кадосаки, сидевшей рядом с ним, казалось, перехватило дыхание.

— Это ваше настоящее имя?

— Да.

— Вы обменялись именами с Макото Харой?

— Да. Это так. И записи в реестре. И все остальное.

— Зачем? Из-за денег?

— Да. Кроме того, бездомным сложно искать работу или занять денег.

— Вам так сказали?

— Да.

— И поэтому вы поменялись данными с Макото Харой?

— Да.

— А вы знаете, что за человек Макото Хара?

— Да.

— Он сам вам о себе рассказал?

— Да. Посредник.

— Значит, вы с ним не встречались?

— Да. Встречался.

— Вы сказали, что вас зовут Тасиро? А не Ёсихико Сонэдзаки?

— Да. Такого человека я не знаю.

Мужчина, назвавшийся фамилией Тасиро, решительно покачал головой. Не было похоже, чтобы он врал.

— Макото Хара, с которым вы обменялись данными, это он? — спросил Кидо, вытащив фотографию Икса.

— Да. Это не он. Этого человека я не знаю, — сказал мужчина твердо, без капли сомнений, словно бы от этого ответа зависело его самоуважение.

Вскоре принесли пирожные, а Кидо стал расспрашивать Тасиро, какая у него была жизнь. Тот сказал, что после окончания средней школы он постоянно менял одну работу на другую, повсюду его называли «идиотом» и «неполноценным», а чуть больше десяти лет назад он стал бездомным. Сумма, которую ему выплатили за обмен данными, после вычета комиссионных посреднику составила около тридцати тысяч иен. Он сказал, что не знает, сколько настоящий Макото Хара заплатил Омиуре.

Когда Кидо спросил, не вызывал ли у него беспокойства тот факт, что его жизнь только осложнится, когда он станет сыном преступника Кэнкити Кобаяси, тот ответил:

— Да. Но фамилии разные, поэтому я просто никому об этом не рассказывал.

Через полтора часа он ушел из кафе, Кидо и Кадосаки остались вдвоем, но некоторое время сидели молча.

— Вся та поддержка, которую я ему оказывала… что это было? Он не Хара? А Тасиро? Он не хотел говорить о том, что случилось с его отцом. Но я думала, что это естественно. Я не хотела травмировать его.

— Это вполне понятно.

— Я думала, что клептомания могла быть вызвана боксом, той историей с отцом. И это было вполне убедительно. Когда я смотрела на морщины в уголках глаз, я думала, что ему нелегко пришлось как сыну преступника, я постоянно думала об этом.

— Ну… мы не можем сказать, что его прошлое было простым. На его лице отпечатались одиночество и грусть, которые он пережил.

Пытаясь утешить Кадосаки, Кидо подумал об Иксе, который рассказывал историю Дайскэ Танигути, будто всю его боль пережил сам.

Хотя Кидо был уверен, что Омиура вновь проигнорирует его, он еще раз попросил о встрече. Он подумал, что нужно в письме оставить какую-то приманку, поэтому написал: «Я провел тщательное расследование после нашей последней встречи и наконец разобрался, что вы хотели рассказать мне в своих открытках».

От Омиуры сразу же пришел ответ. Обычное письмо с благодарностью без картинок, в котором было написано, что Кидо может приехать в любой момент. Как правило, заключенные любят встречи с людьми из внешнего мира, поэтому такая перемена для любого другого была бы не удивительной, но то, что Омиура так резко передумал, было неожиданно.

Двадцать девятого декабря Кидо отправился в очередной раз в тюрьму Йокогамы, чтобы встретиться с Омиурой. Хотя снег не шел, небо было хмурым, дул холодный ветер. Кидо торопился, каждый раз, когда он ступал кожаными туфлями на холодный асфальт, доносился жесткий хлопок.