Читаем Невиданное полностью

… белый пиджак. Эта мысль, наконец, посетила мой затуманенный мозг. Я начала искать и почти сразу же отыскала Джексона среди армии официантов, работающего в дальнем конце зала. Он наполнял вином бокал гостя, с уверенностью и талантом человека, который делает это каждый день. Он бросил на меня быстрый взгляд, и я поняла, что он знал, что я нашла его только что.

Сумасшедший, подумала я. Куча людей здесь знала, кто он такой. Мои родители, Хэтэуэи, не говоря уже о нацисте. Что если они заметят его? Но потом я поняла, что белый пиджак был прекрасной маскировкой. Он делал его невидимкой. Никто никогда не смотрит на лица обслуживающего персонала.

С усилием я заставила себя не смотреть на него. Но мне стало чуть спокойнее. Все было правильно. Джексон все держал под контролем. Наконец, я поняла, что смогу съесть что-то из еды, которая стояла передо мной, и я сфокусировалась на тарелке. Это будет длинная ночь. Мне понадобится вся энергия, которую я смогу собрать.

В какой-то момент я просила маму, нашла ли она свой ключ, но она его не нашла.

— А есть ли еще один, которым мы можем воспользоваться? — спросила я.

— Больше нам не нужен ключ, детка. Мы все вместе войдем туда.

Нет ключа, нет прорыва, подумала я. Это была неприятная перспектива. Но во время десерта я все же попыталась заставить свой мозг вспомнить страницу с записями, которую Джексон дал мне, 12:02, свернуть налево, к северному выходу из музея. Пройти по грунтовой дорожке между деревьями — НЕ ИСПОЛЬЗУЙ БОКОВОЙ ПУТЬ. Сразу перед фонтаном сверни направо, до холма, выходи…

— Я имею в виду, только если ты хочешь, — произнес Ричард.

Я уставилась на него. Поняла, что он обращается ко мне. Я даже не заметила, когда он заговорил.

— Прости, что?

— Боже, кузина, — сказал он с грустной улыбкой, — ты заставляешь меня чувствовать себя идиотом. Я спросил, хочешь ли ты потанцевать.

По залу звучала музыка. Пары медленно двигались в такт. Я буквально ненавидела танцы. Кроме твиста.

Я посмотрела на часы. 10:33. Все еще никакого ключа. Я улыбнулась и кивнула, Ричард взял меня за руку и повел на танцпол.

Разумеется, он оказался великолепным танцором. Не было ничего, что Ричард Хэтэуэй делал плохо. Идеально. Но ритуал был мне знаком. Когда я закрыла глаза, я вспомнила Другую Сару. Сару в золотом платье, танцующая на полу из звезд.

Вальсируя с Джексоном.

Пока Ричард не разделил нас. Пока Ричард не ударил Джексона в челюсть.

Я отодвинулась. До боли знакомое выражение боли и недоумения промелькнуло на лице Ричарда.

— Что-то не так? — спросил он.

— Просто… могу я присесть? — Я хотела убраться с танцпола.

Ричард подвел меня к скамейке у лестницы.

— Принести тебе воды? С тобой все в порядке?

— Я хочу лишь минутку посидеть.

Я чувствовала себя плохо из-за того, что позволила Ричарду сблизиться со мной. Снова. Что я была здесь в красивом платье и танцевала с ним вместо того, чтобы танцевать с Джексоном.

Вот только… я подумала о поездке в Ричмонд. Фотографии на стене. Он был другим. Как и мои родители были другими. Таким же, но лучше. Это было неправильно, судить этого Ричарда за ошибки другого. Какая же сейчас творится неразбериха.

— Ты надела снежинку, — проговорил он. Я видела, что он тронут.

— Мне она нравится. Это как раз то, что нужно.

Он улыбнулся и кивнул.

— Да. Она отлично подходит к твоему платью. Ты выглядишь потрясающе.

Я слегка склонила голову.

— Спасибо, Хэтэуэй. Небольшая порция лести на десерт — идеально.

— Это не лесть. — Он присел на скамейку рядом со мной. — Парсонс? Могу я спросить тебя кое о чем?

— Разумеется.

— Как получилось, что ты пропустила поезд? В смысле, я же видел тебя на станции. Я думал, что ты сядешь в него. Затем следующее, что я вижу, поезд уезжает без тебя.

Я смотрела на него, не имея ни малейшего понятия, что ему ответить.

Он опустил глаза.

— Я имею в виду, я подумал, что может быть, ты избегала меня.

— Нет, — сказала я. — Нет. Ты замечательный парень, Хэтэуэй.

— Правда?

— Правда. Ты сам это знаешь. — Я засмеялась.

Он улыбнулся.

— Ты заставляешь меня сомневаться в самом себе, кузина. — Затем его лицо снова стало серьезным. Встревоженным. — Могу я сказать тебе одну вещь?

— Конечно.

— Ты помнишь, что я пересказал тебе слова моей мамы насчет Джексона Харриса?

— Что она думает, что он может быть опасен?

Он покачал головой.

— О том, что ее предупредили, что он может представлять опасность.

— Точно.

Он посмотрел мне в глаза, молчаливо прося о понимании.

— Она сказала мне то же самое и о тебе.

Я могла бы обидеться, но факт в том, что я знала, что это предупреждение было правдой. Я представляла опасность для Ричарда и его семьи. Сейчас они были счастливы, в этом времени. Кто знает, что с ними случится в другом? Что случится с любым из нас?

— Я могу поклясться, что никогда намеренно не сделаю ничего, что принесет вред тебе или твоей семье, Хэтэуэй, — произнесла я.

Он улыбнулся.

— Я и так это знаю, Парсонс. Я просто хотел попросить тебя… быть осторожной, что ли. Будь осторожна.

— Я постараюсь, — ответила я.