Читаем Невиданное полностью

Я позволила Сэму развернуть упаковку, но сама открыла бархатную коробочку. Внутри оказалась маленькая подвеска в виде снежинки в викторианском стиле, сделанная из серебра, свисающая с черной бархатной ленточки. На обороте была выгравирована цитата. Ни одна снежинка не ускользнет от Его проекта.

— Вау, — вырвалось у меня вслед за Сэмми. — Спасибо. — Ричард улыбнулся мне одной из своих фирменных, кривоватых улыбок.

— Надень его! — потребовал Сэмми. — Я собрала волосы в сторону и неловко попыталась сама завязать ленточку.

— Могу я помочь? — спросил Ричард. И у меня мелькнула странная мысль, что мне знакомы ощущения, когда он стоит рядом со мной, его пальцы легонько касаются моей шеи. И я не могла отбросить мысль, что на мне должен быть золотой листок.

* * *

Вошла миссис Хэтэуэй и пригласила нас к ужину. Она улыбнулась, когда увидела на мне подарок Ричарда и медленно вытянула руку, чтобы прикоснуться к нему.

— Какая замечательная маленькая вещица, не так ли? Изящная, как ты.

Клэр назвала это «простой семейной едой», но две горничные в униформе внесли еду на серебряных подносах. Круг за кругом, они молчаливо обходили стол, неся подносы, пока мы сами себе накладывали еду. Сначала закуски, потом салат и наконец, жаркое из говядины с карамелизированым картофелем.

Незадолго до десерта я поняла, что почти все время я наблюдаю за Клер Хэтэуей. То, как она держит нож. Как она пережевывает еду. Как наклоняет голову, когда смеется. Все движения напоминали мамины.

Мне показалось, что Ричард заметил, что я наблюдаю за ней. Он тихо сказал мне.

— Они двигаются очень похоже, правда?

— Да.

— Твоя мама была старше моей на три года в старшей школе, затем в колледже Нотр-Дам. Восхищение новичка перед старшим, как мне кажется.

После ужина Роберт пригласил моих родителей в свой кабинет, чтобы показать им макет пресс-релиза к выставке. Ричард потащил Сэма к телескопу, чтобы посмотреть на «человека на луне» сквозь прорехи в облаках. Я шла за ними, когда меня позвала Клер.

— Я хочу представить тебя кое-кому, Сара, — сказала она.

Я последовала за Клер в гостиную, подумав, что прибыл еще один гость.

Клер жестом указала на пару похожих портретов, висящих над камином. Мужчина был темный, угловатый, со старомодными усами. Женщина была красивой и хрупкой, одетой в розовый шелк. Муж и жена, предположила я.

— Родственники? — спросила я.

— Мои предки. Джеральд Фитцджеральд и его жена, Камилла. Портреты нарисовали три года спустя после ее представления при дворе. — Клер подошла и встала напротив них. У них с женщиной была общая, светловолосая красота, — мраморная кожа, небесно-голубые глаза и полные губы.

— Она была красивой, — сказала я.

— Она унаследовала это от своего отца. У нас также был и его портрет, его пригласили для позирования к известному художнику в благодарность за его лояльность к Короне во время восстания 1776 года.

— Что с ним случилось?

— Некоторым из нас не так повезло, как тебе, моя дорогая. Наше прошлое треснуло, как лед на реке. — Это, — она сделала жест рукой в сторону камина, — все, что у меня осталось.

Она прикоснулась к розовой сатиновой туфле миссис Фитцджеральд.

— Ее мать, Лидия Кроули, была богатой наследницей из титулованной английской семьи. Но Лидия сбежала с морским офицером без рода, без племени и ее лишили всех прав. Супруги бежали в Колонии. Муж Лидии попытался вернуть своей любимой жене ее привилегии, ввязавшись в очень смелую авантюру, но его корабль был захвачен, и ему потребовалось больше года, чтобы вернуться в Мэриленд.

— Когда он вернулся, то узнал, что Лидия умерла при родах, а их дочь, Камиллу, отдали в приют для бедных. Казалось невероятным, что девочка еще жива, когда отец ее нашел.

— Что с ними случилось? — спросила я.

— Он изучил воды Чесапика и Атлантики, дослужился до чина капитана. И однажды к нему подошел мужчина Таддеус Добсон, которому нужен был партнер. Кто-то достаточно умный, чтобы заниматься контрабандой груза из Африки в Америки.

— Груза?

— Двух вещей, представляющих огромную ценность, украденных с темного континента: люди и алмазы.

— Он был работорговцем, — выдохнула я.

— Ты права. На этом он сделал свое состояние. В конце концов, он женился на дочери своего партнера, хотя к тому времени Добсон уже умер. Ее звали… — она улыбнулась мне. — Может, угадаешь?

Я могла бы.

— Дейрдре. Которая была замужем за Капитаном Фостером и родила ему еще двоих детей — близнецов, Сару-Луизу и Меттью.

Клер кивнула.

— Вы с Ричардом кузены, — сказала она.

— Очень-очень дальние, — Ричард подобрался ко мне сзади. — Значит ли это, что я должен называть тебя кузиной?

— Если ты начнешь высчитывать родственников настолько далеко, то думаю, что ты тогда сможешь называть кузенами половину семей Конфедерации. — Я снова повернулась к Клер. — Откуда вы узнали все это?

Она подвела меня к застекленной витрине перед окном.