— Так это…, — неуверенно начала Рина. — Тебе же положен адвокат, ему всё и скажешь. Я в этих делах вообще ничего не понимаю.

После сегодняшних событий думала, меня уже ничем не удивить, но Рине это всё-таки удалось. Она ведь ещё даже до конца не успела переварить ситуацию, а уже, можно сказать, открестилась от матери. Быстро и легко переадресовала её просьбу какому-то гипотетическому адвокату.

— Рина?! — разочарованно простонала Инесса, похоже, она обалдела от поведения дочери не меньше, чем я. С другой стороны, а на что мачеха рассчитывала? Что посеешь, что вырастишь, что воспитаешь, то тебе в беде или старости и будет опорой.

— А что я? — с претензией воскликнула Рина. — Ты почему от меня скрывала, что мы с Катей родные? Если бы я с самого начала знала, что мы по отцу сёстры, совсем по-другому бы к ней относилась. Ты лишила меня близкого человека, а теперь помощи просишь. Не знаю, подумаю, пока даже смотреть на тебя не могу.

Инесса на заявление дочери ответила горькой ухмылкой, а я, в свою очередь, надеюсь, что Рина тут про сестёр и близких людей разглагольствовала просто так, лишь бы был повод матери отказать, а на самом деле родниться со мной не планирует. Потому как я с ней общаться и поддерживать связь, точно не собираюсь.

Мачеха, смиренно опустив голову, уже была готова уйти, как вдруг резко развернулась к дочери и выпалила:

— Бестолочь ты, никого я тебя не лишала. Этот тюфяк, — кивнула она с презрением на Левашова, — тебе не отец. Когда он загулял с той белобрысой, я его возле себя решила беременностью удержать, да только он на меня из-за своей девки, как на женщину не смотрел. Пришлось тебе другого папашу искать. А этого, забеременев, — Инесса вновь посмотрела на мужа, — я напоила до беспамятства, уложила в постель, раздела и утром притворилась, что у нас всё было.

— Замолчи, — бросила матери Рина, затем подбежала к Петру Сергеевичу и, присев рядом на корточки, ухватилась за его руку. — Пап, только не слушай её, она специально назло всё выдумывает.

— Сделайте тест ДНК и проверьте, вру я или нет, — с ехидством предложила Инесса.

— Вы уведёте её отсюда когда-нибудь или нет?! — выкрикнула Рина полицейским, а потом быстро начала что-то говорить отцу, но я этого уже не слушала, голова разрывалась от всей этой ситуации.

Не семья, а сборище лгунов и предателей. Один принёс в дом родного ребёнка и выдал его за чужого. Другая забеременела неизвестно от кого. А Инесса с Риной начали друг друга топить сразу же, как только запахло палёным. А ведь это мать с дочерью, которые до этого изо дня в день были всегда заодно и только что в зад друг друга не целовали.

— Я сейчас здесь задохнусь, — пробормотала я, почувствовав головокружение и подступающую к горлу дурноту.

Думала, из-за гомона голосов никто жалобу не услышит, но Вадим сразу же предложил:

— Выйдем на улицу, подышишь там немного и уедим.

Как только мы собрались на выход, Пётр Сергеевич тут же изъявил желание со мной объясниться. Я уже успела вся внутренне сжаться от предстоящего не самого простого разговора, но Адашев негрубо, но быстро и эффективно отогнал от меня Левашова.

На улице нас догнала уже Рина, девушка тоже хотела со мной поговорить, но Вадим отправил её в том же направлении, что и минутой раньше хозяина дома.

Стоять на улице я отказалась: хотелось как можно быстрее убраться отсюда, поэтому мы с Вадимом сразу же забрались на заднее сиденье машины и водитель повёз нас домой.

В салоне авто, Адашев обнял меня, а я прижалась к его груди и слушала размеренное сердцебиение родного сердца.

— Ты как? — после нескольких молчаливых минут спросил Вадим.

— Плохо, — не стала я притворяться и сказала, как есть. — Такое чувство, словно из меня выкачали все силы. Даже заплакать, чтобы полегчало, не получается.

Он крепче меня обнял и нежно поцеловал в лоб.

— Всё проходит, и это тоже пройдёт. Обещаю. Зато тебе больше ничего не грозит, и все точки расставлены.

— Спасибо, что не подпустил ко мне Петра Сергеевича и Рину, я была не готова с ними говорить и не уверена, что вообще когда-либо буду готова.

— Заботиться о тебе, оберегать и защищать — моя святая обязанность, не стоит меня за это благодарить.

Вопреки всему улыбнулась. Жизнь всё-таки непредсказуема. Никогда не знаешь, где найдёшь, а где потеряешь.

Помню день нашего знакомства с Вадимом, и то, как мы не поладили друг с другом с первой минуты. Если бы мне кто тогда сказал, что придёт время и я полюблю этого мужчину всем сердцем, а он полюбит меня, ни за что бы не поверила. А поди ж ты…

<p>Эпилог</p>

— Вж-вж-вж, — Ванюшка, ползая на четвереньках по гардеробной и изображая звук работающего мотора, представляет, будто две коробки из-под обуви — это грузовики, и одной таранит другую. При этом его комната, благодаря стараниям дедушек и бабушки, набита игрушками до самого потолка, но нет, нашему малышу интереснее забавляться то с коробками, то с чемоданами, то с кухонной утварью…