Девушка еле дышала — и хотя всё ещё подрагивала после оргазма, принимала воздух совсем крохотными порциями, при этом, схватившись за кресло вытянутыми руками, низко нагнулась, чтобы не позволять этому стекать обратно в её лёгкие. И хрипло так, еле слышно, покашливала. Словно кошка. Потому что кашлять в полной голос, разбрызгивая всё здесь вокруг, ей было стыдно.

— Ты жива там? — Спросил Азаэль, стаскивая эти брюки, чтобы достать из шкафа сменные. Асмодеи всегда должны выглядеть прилично, даже если случайно заляпаются джемом при распитии чая с пирожками, поэтому держать при себе запасные — это хорошая идея. Или им захочет отсосать клуша-ехидна, не умеющая сделать всё чисто и не изгадить всё вокруг.

Из-за крышки стола, чуть трясущаяся, вылезла лапка Шаос, показывая ему два пальца — указательный и средний. А это значило, что у неё — всё в порядке.

Глава 3. Навстречу приключениям!

Девушка брела по дороге, оставляя позади себя грузный Инокополис — расползшийся по равнине город, в котором она родилась и который практически никогда ранее не покидала. В молодости она была довольно болезненным "человеком", а потом… ну, потом как-то тоже не сложилось. Покидала же она его в одиночку — и вовсе впервые. Из-за чего не в шутку волновалась, и, подтягивая сползающий с пояса ремень, на котором висела только что приобретённая дубинка, без конца сверялась с маршрутом, который расписал ей Азаэль.

Ей нужно было покинуть город через северные врата, после чего на ближайшей развилке взять левую дорогу… какая из них была левой — Шаос пришлось подзадуматься, крутя руками и вспоминая, какой из них она пишет. После чего требовалось в течении около сорока минут идти по ней до тех пор, пока на пути не попадётся столб от некогда стоявшего там указателя. Он-то как раз и указывал нужный ей маршрут, только сама табличка уже давно отвалилась, а дорога до деревни за те шестнадцать лет, как она была заброшена, уже заросла лесом и практически ни коим образом не читалась. Уж для неподготовленного человека — так точно. Однако, тут-то в дело и должен был вступить компас, ибо идти от указателя нужно было строго на запад и ни градусом в сторону, ещё в течении минут пятнадцати…

Одно плохо… Точнее, плохо было не только это, но это дополняло череду остальных неудобств — часы она с собой не взяла. И поэтому рассчитывать маршрут было непросто, однако же сорок минут — это не так уж мало, да и шла она явно медленнее, чем обычно ходят люди, поэтому наверняка прошла от силы половину пути, а то и меньше, и волноваться о том, что она могла пропустить поворот пока ещё не стоило.

И всё же, она оглянулась назад, привставая на носки и видя лишь дорогу, которой ещё периодически пользовались люди, и растущий по обе стороны от неё лес. Из-за деревьев уже не было видно ни желтовато-коричневых стен города, ни даже той уродливой башни, выросшей на месте ушедшего в болото эльфийского квартала. Этого цикплопического мегасооружения из слепленных меж собой искривлённых зеленовато-мшистых построек общей высотою в пару сотен метров. Вот только была бы сама Шаос повыше и имей из-за этого угол обзора получше, то может быть — и смогла бы его увидеть на фоне вечернего неба, а так — увы и ах, она видела только лес и дорогу. И оплавленное солнце по левое от себя плечо, неровным сгустком стекающее за горизонт… который для неё находился всего в нескольких метрах — это были верхушки всё тех же деревьев. Но не тухло оно — и на том хорошо.

Впрочем-то, вернуться она должна была смочь. Как минимум, надеялась на это. И потому, раз идти было ещё долго, а лишний раз прокручивать в голове всё одно и то же — это лишь эту голову напрягать, она в очередной раз поправила пояс с дубинкой, ибо талия у девушки хоть и имелась, но располагалась как-то выше, чем положено, да и выражена была не сильно, из-за чего тот постоянно сползал, и сняла с него ещё одну модную финтифлюшку, купленную так же по этому поводу: сосуд с алхимическим огнём. Ведь слаймы — это такая гадость вредная, что хоть и не опасная (если это не хищный её представитель, образованный путём "разжижения" мертвеца, а обычная, яркого цвета травоядная… или даже пыльцеядная ерундовинка), но крайне живучая. Можно бесконечно отрезать её аморфное тело, но пока не поразишь само ядро — фига с два убьёшь. Причём ядро это — довольно упругое, и свободно по этой жиже плавает, из-за чего даже проткнуть или разрубить его непросто. Что же она собиралась делать там с дубиной — вопрос хороший. А вот высоких или низких температур они боятся, в частности из-за того, что слизистая эта масса содержит в себе белок, который от жары сворачивается.