Читаем Непослушание полностью

«Солми», — раздосадовано проворчал он. По крайней мере, ни я одна была несчастлива. Беда не приходит одна и всё такое.

— Единственный демон, который имеет достаточно силы открыть барьер, это архидемон, — сказала Мария, вырвав меня из задумчивости.

Бастиан хлопнул ладонями по столу.

— Невозможно. Если бы архидемон был по эту сторону барьера, мы бы об этом знали.

Меня непроизвольно бросило в озноб. Высший демон был могущественным, но архидемон, по сути, был несокрушим. В своей физической форме архидемон, как говорили, был невосприимчив к земному оружию, и даже фейри не могли убить его. Единственным оружием, которое могло уничтожить архидемона, был меч архангела, а я не видела ни одного ангела, разгуливающим по округе.

Я подняла руку в попытке заполучить их внимание.

— А может ли архидемон открыть барьер с той стороны и пройти через него?

Шарлотта покачала головой.

— Барьер может быть открыт только с этой стороны.

— Откуда такая уверенность? — спросила я.

— Он был создан таким образом, — ответила она. — Истинный разлом происходит лишь только потому, что кто-то с этой стороны открыл барьер.

— Если бы архидемон смог открыть барьер с их стороны, это было бы сделано уже давным-давно, — объяснил Ориас.

— Верно.

Я мысленно вернулась к своим урокам по демонологии и осознала, что мы всего коснулись вершины айсберга в этой теме в школе. Неудивительно, что наши учёные посвящают свою жизнь этому учению, потому что на понимание всего этого требуется целая жизнь.

— Демон может пересечь барьер, не открывая его, только с помощью призыва, но этот ритуал оставляет их без физического тела, — сказала я быстрее себе, нежели кому-то ещё. — Если призыв совершён неверно, демон может овладеть ведьмаком, и это предоставит ему тело.

— В какой-то мере, — сказал Ориас, прервав ход моих мыслей. — Человеческое тело может лишь вместить демона, но демон не получит всей своей мощи и силы без своего собственного тела.

— Будет ли он достаточно сильным, чтобы открыть барьер? — я стала копать дальше.

Бастиан снисходительно улыбнулся.

— Высший демон не может открыть барьер.

Я положила руки на стол и чуть склонилась.

— Что случится, если ведьмак призовёт архидемона?

Все переговоры за столом резко прекратились, и все уставились на меня, словно я заговорила на чуждом им языке.

Ориас прочистил горло.

— Ни один ведьмак не пойдёт на такое. Это суицид.

— Наши заклинания могут контролировать высшего демона, но сдержать архидемона будет сродни попытке остановить вулкан от извержения, — сказал Бастиан. — Это просто невозможно.

Я перевела взгляд с Бастиана на Ориаса.

— То есть ты говоришь, ведьмак не станет пытаться вызывать такого демона, но не отрицаешь, что они на это не способны.

Ориас поджал губы.

— Требуется очень сложное и могущественное заклинание, чтобы вызвать высшего демона и провести его через портал. Использование точно такого же заклинания для призыва архидемона будет равносильно человеку, сидящему в резиновой шлюпке, пытающемуся поймать белую акулу на удочку. Если он как-то и умудрится поймать акулу на крючок, он физически не сможет подцепить её.

— А что если акула решит, что хочет попасть в лодку? — спросила я.

Он изогнул бровь.

— Ты когда-нибудь смотрела «Челюсти»?

— Намёк понятен.

Разговор перешёл на человека в Чикаго, с которым они хотели бы поговорить. Ориас упомянул местную ведьму по имени Серафима, которая тесно связана с потусторонним миром Чикаго. Они пытались назначить с ней встречу, но она с недоверием относилась к другим магам и ненавидела ведьмаков.

Было решено, что Хамид поговорит с ней, если они всё-таки уговорят её встретиться. Я бы не стала отправлять его на разговор с кем-то, кто был своенравен среди других людей, но что я знала? В конце концов, он не просто так был главным следователем.

Я пробыла в конференц-зале до тех пор, пока их разговор не вернулся на главную тему — заклинание. Обсуждать мне было нечего, поэтому я извинилась и покинула совещание до того, как они решат, что хотят провести ещё какие-нибудь тесты.

Я чувствовала взгляд Хамида на мне, когда уходила, но не стала оглядываться. Кроме как, узнав о моём самочувствии, он больше не разговаривал со мной во время встречи. Его невнимание и отсутствие взаимодействия дали явно понять, что он отстранился от меня. Вероятно, так было к лучшему, но я не могла скинуть с себя чувство меланхолии. Я буду очень скучать по нашим тренировкам.

Я уже подошла было к комнате управления, как из неё вышла Бет.

— Что за кислое лицо?

— Встреча с группой Совета, — сказала я, понадеявшись, что она не станет углубляться в эту тему. — А ты куда собралась?

Прежде чем ответить, она немного растерялась.

— Мы с Крисом собираемся во вракк, провести там урок самообороны.

— Он едет с тобой?

Она скривила лицо.

— После того, что там произошло, он не хочет, чтобы я ездила туда одна.

— Сомневаюсь, что кто-то из тех гулаков вернётся, — пошутила я.