Кэм довольно хорошо знаком с молокайскими дорогами. Символический «закат» Дирка, конечно, не может находиться на западе, иначе ему пришлось бы проехать через самые густонаселённые районы городка. Скорее всего, он направился на восток, подальше от оживлённых мест. А это значит, что он на шоссе Камехамехи Пятого[20], которое огибает восточную оконечность острова и идёт обратно по северному берегу.

— Как это он не знает, что мы на острове? — недоумевает шериф.

— У него интеграция мозга идёт медленнее, чем у других, — объясняет Кэм. — Думаю, ему сложно анализировать окружающее и делать выводы. Луна уже зашла, сориентироваться Дирк не может, поворот на восточной оконечности плавный, так что наш беглец решит, будто едет прямо. Значит, нам надо всего лишь проехать несколько миль на север, и там мы его перехватим.

— А если вы ошибаетесь? — спрашивает шериф.

— Не ошибаюсь, — отмахивается Кэм и, покосившись на Китона, поправляется: — Не ошибаемся.

На всякий случай он всё же посылает несколько джипов вслед за беглецом по шоссе Камехамехи Пятого, а сам с остальными помощниками пересекает узкую полосу территории до северного берега, где они и устраивают засаду.

14 • Дирк

Я. Колёса. Дорога. Щуриться. Лицо. Ветер. Вррум-вррум. Океан справа. Океан справа. Умнее их. Быстрее их. Вррум-вррум. Океан справа. «Рождённый жить на воле». Steppenwolf. Волк-одиночка. Волка-одиночку никому не поймать. Дураки. Китон мёртв. Дурак. Видел, они убивали его. Видел, они привязали его. Верёвка, верёвка, верёвка, верёвка. Машина, машина, пикап, фургон. Растянули резиновую куклу. Не мог досмотреть. Взял «Харлей». Никто не заметил. Дураки.

Мои части умеют. Передача. Газ. Вррум-вррум. Мои части не умеют. Заставлю учиться быстро. Чуть не упал. Учись быстрее или умри.

Я. Я. Я. Не такой, как другие сплёты. Знают это. Ненавидят. Думают, они лучше меня. Лучше их. Ненавижу их. Китон мёртв. Других ненавижу. Поплатятся.

Ещё ночь. Глухая ночь. Скоро утро. Свобода! Далеко отсюда. Вррум-вррум. Океан справа. Еду на юг? На север? Неважно. Везде свобода. Найти симпотную тёлку. Чтобы всё при ней. Ночь после бала. Ей понравится. Заставлю. Выиграю спор. Всех заставлю. Умнее их. Сильнее. Дура. Найду её потом. Убью, сделала мне больно. Но не сейчас. Позже. Позже, чем ты думаешь. Рассвет. Горизонт. Океан справа. А впереди? Впереди?

Нет!

Не может быть! Джипы, и копы, и бёфы. Засада! И Камю Компри. Быстрее меня? Как? Как?!

И Китон.

Мёртвый? Не мёртвый? Призраки. Все призраки. Призраки?!

Птичка мимо уха.

Не птичка. Транк.

Промазал.

Негде скрыться.

Вжик. Опять промазал.

Океан справа. И причал. Больше негде скрыться. Вррум-вррум. Дорога, дорога, потом доски. Колёса стучат по доскам. Будка в конце причала. Больше негде скрыться.

15 • Китон

Снайперы оказываются не такими меткими, как ожидалось.

— Это транк-пули! Они ведут себя не как обычные! — оправдываются стрелки. — Мы не виноваты!

Никому не хочется брать на себя ответственность за Дирка.

Никому, кроме Кэма. Китон видит страдание на его лице. Как бы ему хотелось облегчить его боль! Ведь всё, чего хотел Кэм — чтобы сплёты обрели человеческое достоинство. С Китоном его метод сработал. Да и со всеми остальными тоже. Но не с Дирком. Потому что Дирк иной. В нём нет искры. А это значит, ничто не соединяет его в целое, кроме швов.