Заукеру удалось открыть люк и выползти из самолета. Оказалось, в пассажирском отсеке никто серьезно не пострадал. Пауль только сильно разбил себе лоб.

Хуже обстояли дела в кабине.

Выпущенный истребителем пушечный снаряд снес штурману половину черепа. Картина была жуткая. Целлера выбросило из самолета через лобовое стекло. Он лежал, уткнувшись лицом в снег. Его, израненного кусками плексигласа, перевернули на спину. Один осколок попал в шею, и, скорее всего, задел артерию. Целлер умирал, но что-то еще пытался сказать Заукеру. Склонившись над раненым, Заукер расслышал только:

— Все, что я говорил — правда, не оставляйте груз. Мои люди, они из «Аненэрбе»… Они знают, что надо делать. Помните, ящик бесценен… Вот ведь дерьмо. Даже не больно… Может, вы меня еще вытащите? Спасете…

Выжившим в катастрофе опять повезло. В селе Плетни в тот вечер находился отряд полиции, сформированный из перешедших на сторону Германии русских крестьян. На подводах их отвезли в соседнюю деревню Хизну, прямиком в комендатуру. Не забыли прихватить и «бесценный» ящик. Ну, а дальше Заукеру ничего не стоило, воспользовавшись документами Целлера и письмом Гиммлера, обо всем договориться с капитаном Грубером, одолжить у него бронетранспортер и подготовиться к отправке груза в Барятино.

В его планы бесцеремонно вмешались яростно атакующие русские. На следующий день стало известно, что Барятино перешло под их контроль. Нужно было уходить в расположение 2-й армии, в район Жиздры. Но что они будут делать там с ящиком Целлера, на виду у регулярных частей, где есть и отделы Абвера, и, возможно, офицеры, связанные с СД, Заукер не знал. Посовещавшись с людьми из «Аненэрбе», он принял решение спрятать груз в глухом лесу, а после попытаться забрать его, даже если для этого потребуется спланировать военную операцию. Оставалось только найти помощников.

К счастью, капитан Грубер сам вызвался сопровождать груз, взяв с собой двоих солдат. Заукер понимал, что от этих людей, скорее всего, придется избавиться. Но в его холодном, в высшей степени рациональном сознании не было места состраданию, ведь на кону стоял успех великой миссии, в суть которой он будет посвящен, когда вернется в Берлин. Теперь он остался один и должен выполнить задание. И он уже не пешка, а главная фигура в таинственной игре.

Парадоксально, но как нельзя кстати для группы За-укера оказалось то, что после отъезда бронетранспортера в Хизну ворвался передовой отряд русской 50-й армии. Теперь никто не станет искать пропавших без вести солдат и капитана…

И вот сейчас, по прошествии нескольких недель, ему необходимо найти чудом выжившего свидетеля и избавиться от него.

Пауль перестал философствовать на тему предопределенности и везения. Ведь когда-нибудь ему должно было надоесть рассуждать о непредсказуемости воинской судьбы? За последнее время им троим столько раз удавалось выходить сухими из воды, что они, как истинные самураи, понемногу привыкли к постоянному присутствию смерти за левым плечом. Итак, Пауль вел машину молча. Заукер мысленно вернулся к спрятанному в лесу ящику и про себя отметил, что поступил правильно, не нарушив замки и печати. Он доложит о происшедшем на самый верх, и тот, кто имеет на это право, примет решение, что делать дальше.

В это же самое время командир звена 17-го штурмового авиаполка Иван Шестаков положил «ИЛ-2» на левое крыло, пикируя на единственную дорогу, соединяющую Жиздру и Зикеево. Его примеру четко последовали остальные.

— Эй, Сашка! — командир окликнул своего стрелка по внутренней связи. — Ты там не уснул?

— Никак нет, Иван Семеныч, — отозвался пулеметчик, — я начеку.

— Ну-ну… Идем на колонну. «Шапки» с нами?

— Поотстали маленько, товарищ командир.

— Нечего, догонят. Сашка, знаешь, кого бомбим? Эсэсовцев, зондеркоманду. Слыхал?

— Слыхал, конечно. Нелюди, мать их за ногу… Простите, товарищ командир, сорвалось.

Шестаков выровнял «ИЛ-2», и теперь самолет шел на малой высоте, прямо над дорогой. Вскоре показалась колонна, а еще ближе — одинокий бронетранспортер.

— Сашок! — прокричал командир в переговорное устройство. — Я дам этому ракеткой по жопе, для пристрелки, а ты там не разевай рот — после сразу на колонну идем. Во все глаза гляди, прикрытие опоздало…

Стрелок Сашка вздрогнул, когда самолет ощутимо тряхнуло — это реактивный снаряд ушел и уже через три секунды поразил цель. Выбирая ручку на себя, Шестаков с гордостью прошептал:

— В «пятак».

Очнувшись от размышлений о будущем, Заукер увидел за поворотом издали похожий на железнодорожный состав темно-коричневый хвост. Похоже, та самая колонна, в одном из грузовиков которой мог находиться беглый ефрейтор Мюллер.

— Они? — спросил он Пауля, вглядываясь в даль. Но ответа так и не услышал. Реактивный снаряд РС-82, выпущенный ведущим группы советских штурмовиков, атаковавших колонну СС, в клочья разорвал кабину бронетранспортера. Штурмбанфюрер СС Дитрих фон Заукер и обершарфюрер СС Пауль Вейкершталъ были убиты на месте. Смертельно раненого Вальтера Хартмана взрывом выбросило из кузова машины на дорогу.

Глава десятая