Читаем Немец полностью

Фашисты натворили много зла на моей земле. И внедренный в массовое сознание карикатурный образ бессердечного немца-убийцы долго мешал нам выйти за рамки стереотипов и попытаться взглянуть на войну с разных точек зрения. Но главное, мы боялись предать память павших. И в этом страхе мы не осмеливались говорить и даже «думать» правду о том, что советский народ выстоял и победил, все время находясь под ударами двух дьявольских систем.

Против нашего народа был объявлен крестовый поход под предводительством Гитлера, Гиммлера с его СС, а также Сталина с его дипломатами и полководцами, ставившими теорию классовой борьбы выше общечеловеческих ценностей. В этой же компании его «великие» военачальники, платившие жизнями наших дедушек за преступную необходимость с ходу брать укрепленные города к Первомаю, за свои просчеты, вызванные некомпетентностью, неспособностью к самостоятельному мышлению и страхом перед вождем.

В нас стреляли «свои» заградотряды НКВД, нас отправляли в штрафные батальоны, нам не давали выжить в плену, в концлагерях, а многим отказали в праве вернуться домой после Победы, направив эшелоны с «провинившимися» победителями прямиком в сибирскую тайгу.

Одним власть мстила за то, что по ее же вине они угодили в плен, других угораздило в неподходящий момент оказаться у переправы через Эльбу, как раз когда там состоялась знаменитая встреча с американскими военными. Большинство сгинувших в лагерях так и не узнали, в чем виноваты.

Народ выстоял. Он победил в войне на два фронта. Он победил фашизм и не дал сталинизму погубить страну. Потому что для нас Родина превыше идеологий. Те солдаты, которые вынуждены были в бою добывать себе обувь и оружие, сражались за свой родной дом, а не за лагерный социализм. Те генералы, кого еще вчера по приказу чудовищ, облюбовавших кремлевские покои, бил в живот какой-нибудь старшина НКВД, на передовой под бомбами ковали общую победу.

Но еще более удивительно, что наш народ простил собственных кремлевских монстров, легко приняв на веру рассуждения о том, что «было такое время», что иначе было нельзя. Плохо, что мы не провели показательный процесс над той системой, над той властью, которая была повинна в насилии над общественным сознанием и в бессмысленной смерти миллионов наших братьев и сестер.

Но я хочу верить, что придет время, и мы воздадим по заслугам и подлецам и настоящим героям.

Я хочу верить, что придет время, и наша власть, по праву преемницы той, давно ушедшей клики, встанет на колени перед всем народом и попросит прощения за содеянное. Больше некому сделать это.

Я верю в то, что мы найдем в себе силы и извинимся, наконец, перед теми малыми нациями, по судьбам которых танковыми гусеницами прошлись геополитические игры вождей супердержав начала сороковых годов прошлого века.

Я хочу дожить до того дня, когда эти малые народы перестанут щекотать нервы «русского медведя», ставя знак равенства между Советским Союзом и по своей воле и за свой счет освободившей их от оккупации новой Россией, провоцируя ее на возврат к имперскому мышлению.

Извиняясь за аннексию Прибалтики, события в Праге и Будапеште, нельзя позволять ставить знак равенства между фашистами и Советской армией. Педантично спланированный геноцид, газовые камеры, страшные опыты над людьми, теория о превосходстве высшей расы над «недочеловеками» — все это совершенно из другой сферы, нежели военные преступления суровых бойцов РККА и ее союзников на территории Германии.

Нельзя игнорировать тот факт, что мир вскоре может забыть, какое зло принес ему фашизм. Мы обязаны всеми силами и средствами бороться с этой заразой, которой нет места на нашей планете. Земля должна гореть под ногами тех, кто сознательно или по недомыслию рисует на своей одежде нацистские символы, а особенно жестко с теми, кто заманивает в новые штурмовые отряды наших несмышленых детей.

И именно сейчас мы должны найти в себе мужество открыть свое сознание для восприятия правды о том, что было. Наши отношения с другими народами не должны строиться только на сиюминутной выгоде. Не может быть стабильного и прочного взаимопонимания, если его ничего не подпирает, кроме газовых труб.

Мы должны научиться понимать друг друга. Мы должны больше знать друг о друге. Мы должны сделать все, чтобы в истории взаимоотношений между русскими и немцами не осталось белых пятен. И тогда немцы не будут опускать голову в смущении при обсуждении болезненной темы прошедшей войны, а русские перестанут вздрагивать, заслышав немецкую речь.

В любой войне больше всего страдает простой человек, солдат. Он побеждает, он пожинает плоды поражений. Человеку, человеческим взаимоотношениям, прежде всего, посвящена эта книга. Я счастлив, если чтение доставило вам удовольствие.

Ю. Костин