Читаем Некроманты полностью

Вот барк подошёл уже к самым фортам… Часть парусов поползла вниз, корабль замедлил ход. Внезапно с палубы раздался выстрел и взвился белый дымок – «Арион» салютовал Южной Пристани.

Иллюзия и впрямь вышла отличная.

На несколько мучительных мгновений парусник словно завис между двумя тяжеловесными башнями, охранявшими проход в Крабовую бухту. Полковник почувствовал, как у него во рту пересохло от волнения, и сердце застучало с перебоями. Он словно наяву видел, как спадает иллюзия, как обнажаются чёрные доски и дырявые борта корабля-призрака и как он вновь погружается в пучину на глазах у всех. А Ноэль так и остаётся стоять на пирсе – старый, мёртвый и в то же время безнадёжно опоздавший к собственной смерти.

Полковник почти поверил, что так и будет.

И тут Клархен срывающимся от боли голосом начала читать стихотворение Ноэля – то самое, найденное у него на столе. Надо же, она запомнила его наизусть… Полковник знал, что хороший словесник порой способен сделать заклятие даже из одного слова – главное, правильно и вовремя его сказать. Клара читала стихотворение, как недавно читала заклинание, плавно и сильно. Последние слова его ветер унёс туда, где сейчас замер почти настоящий барк «Арион»:

– …потому что где-то в океане, не открыты и темны досель, ждут меня в предутреннем тумане берега неведомых земель!

Сил почти не осталось. Голова у Полковника кружилась, на лбу выступил холодный пот. И всё же вера, звучавшая в словах, когда-то написанных Ноэлем, странным образом прибавляла сил. Вера в то, что впереди всегда что-то есть – люди, дороги ли, берега… Ведь только вера и держит, когда ничего другого уже не осталось.

И форты дрогнули. «Арион» вошёл в бухту.

Люди позади Полковника галдели, не веря своим глазам. Таких кораблей в Южной Пристани не видели очень, очень давно.

Полковник почувствовал, как сердце вновь пустилось галопом и кровь застучала в висках. Это было невозможно, невероятно! Они всё-таки сумели! «Арион» накренился на левый борт, меняя курс. Теперь он совершенно точно направлялся сюда, к старому причалу, где его ждал оставленный пятьдесят лет назад корабельный маг. А он – ждал.

– Получилось… – прошептал Полковник, сам себе не веря.

Внезапно Лазарь Моисеевич выдернул из его руки свою, разрывая связку. От резкого перепада силы Полковник едва не упал в обморок – аж в глазах потемнело. Но он услышал, как Лазарь ясно и удивлённо произнёс:

– Я не держу иллюзию. Клянусь всеми свитками Торы, я не держу иллюзию!

Когда перед глазами прояснилось, Полковник увидел «Арион» совсем близко от пристани. Паруса почти все были спущены, но ни одного человека на борту он не разглядел. Казалось, что парусник идёт сам собой. И он – настоящий. Таких подробных иллюзий просто быть не может… Полковник сморгнул. Ему казалось, что он ясно видит каждую заклёпку, каждую щёлочку между досками в обшивке, каждое медное кольцо в люверсах на парусах.

Ветер свистел в такелаже, волны плескали в борта, корпус поскрипывал от нагрузки, и все эти звуки Полковник тоже явственно слышал. Иллюзия бы так не звучала.

«Кто-то на берегу, – подумал Полковник, – очень хотел поверить в то, что «Арион» – не фантом. И поверил. Может быть, это даже были мы».

– Боже мой, он же настоящий, – выдохнула Клархен и схватила его за руку.

Полковник ещё раз сморгнул – в глазах мутилось непонятно отчего. И тут увидел Ноэля. Он по-прежнему стоял на пирсе, только живой, молодой и одетый в новую, с иголочки форму морского мага в звании лейтенанта. Старую, довоенную ещё форму… Полковник никогда не видел Ноэля молодым, даже на фотографиях, но сразу его узнал. Он был всё такой же черноглазый и франтоватый. А тело, которое лежало рядом с ним на пирсе, было просто мёртвым телом.

«Арион» медленно подваливал к пристани. Ноэль обернулся и помахал друзьям.

Полковник не оборачивался, но спиной чувствовал, как замерли стоявшие на пристани люди. И те, кто попал в поле его зрения, тоже замерли, глядя, как величественно проплывают мимо белые борта и высоко над головой солнечный свет рассекают паутинные нити такелажа. На пирс со стуком упали сходни. Ноэль взбежал по ним легко, но, уже стоя на палубе, снова обернулся и прощально взмахнул рукой. Таким Полковник его и запомнил.

А потом сходни втянули обратно, и парусник прошёл мимо пристани медленно, как во сне. Паруса стали подниматься, наполняться ветром, вопреки бризу, дувшему с моря. Вот уже «Арион» развернулся носом к выходу из бухты и пошёл ровно и быстро. Какое-то время Полковник пристально глядел на корму, и ему казалось, что он различает на ней тёмную крошечную фигурку. Однако перед самыми фортами случилось странное. Парусник оторвался от поверхности и пошёл выше и выше. С киля срывались струйки морской воды, медная обшивка днища тускло блестела и казалась зелёной, как малахит.

«Арион» всё поднимался, пока не затерялся среди облаков. Или не растворился в них.

Только тогда Полковник почувствовал, как сильно Клара сжимает его руку.

– Вам не больно? – спросил он, осторожно похлопывая её по запястью.