Читаем Некроманты полностью

– Вы пьёте без меня? – удивилась за спиной у Полковника Клара. Он обернулся: Клархен стояла у стола, улыбаясь, и блики от магического огонька дрожали в стёклах её очков. Жакет она сменила на осеннее пальто, а на голову накинула платок, который сейчас трепетал от ветра. На пальто у неё была приколота серебряная брошь в виде стрекозы.

– Я подумала, что вам будет очень одиноко здесь, оделась потеплее и вернулась, – пояснила она. – К тому же у меня всё равно бессонница… Принесла вот печенья. У меня больше ничего не нашлось.

– Ну, теперь нас трое, – жизнерадостно сказал Лазарь Моисеевич. – Грех не выпить, я извиняюсь! Садитесь, Клархен.

И он вручил ей стаканчик с вином.

– Он там? – спросила словесница, кивая в сторону моря.

– Там, – ответил Полковник. Он не видел Ноэля, но хорошо представлял себе, как мёртвый тихо сидит в темноте, обратившись к морю, а по его неподвижному лицу стекают брызги.

– Так можно ждать только чего-то очень важного, – сказала Клара так тихо, что Полковник едва её услышал. – Ну, помянем его.

Они выпили, не чокаясь.

– У бродячих покойников неважных дел не бывает, – заметил Лазарь Моисеевич. – А иначе они бы спокойно лежали в своих могилках и не смущали живых. Несделанное дело – веская причина сбежать с кладбища, верно?

– Верно, – согласился Полковник. – Только я ума не приложу, чего не успел сделать наш Ноэль. Он же так спокойно жил…

– Это нам кажется, что спокойно. А на самом деле – грезил о парусниках и дальних берегах. И мы ничего не знаем о том, как он жил до Южной Пристани, кроме названия корабля и имени человека, который подписал ту открытку. Скорей всего, его проблема родом из юности, о которой нам вообще ничего не известно…

Они помолчали. Ночь была безлунная, но на небе сияли во всём своём великолепии яркие осенние звёзды – зрение у Полковника в последние годы сильно ослабело, но он всё ещё их видел. Клархен молча куталась в платок.

– Я думаю, – наконец сказала она, – что не так важно, для чего Ноэль ждёт свой корабль. Главное, что он ждёт именно его… Если, конечно, вы не ошибаетесь, Александр Михайлович.

Она единственная из старых завсегдатаев «Морской ведьмы» называла Полковника по имени-отчеству.

– Я извиняюсь, но ничего другого он здесь делать просто не может, – возразил Лазарь Моисеевич. – Не траулер же Южпромрыбторга ему ждать?

– Но если я прав, то как теперь быть? – Полковник опять пригладил макушку. – Можно, конечно, отвезти его на место гибели «Ариона», хотя это займёт много времени, и я даже не знаю, есть ли точные координаты.

– Гораздо важнее, сможем ли мы это сделать, – отозвался иллюзионист. – А если он не захочет покидать пирс? Тогда только упокоение…

Полковник немедленно вообразил себе Ноэля, сидящего на пирсе до тех пор, покуда он не превратится в насквозь просоленный скелет, и вздрогнул.

– Может, нанять похожий парусник? – предложил он, и сам понял, что высказал неудачную мысль.

– Мы можем найти «Арион», – вдруг сказала Клархен. – Можем ведь? Заклятия поиска должны сработать.

– А потом?

– Ну… мы могли бы призвать корабль сюда, например… есть же методики поднятия мёртвых, можно взять что-то…

– Это уже попахивает некромантией, я извиняюсь! Вы внезапно захотели в тюрьму, Клархен?

– Вы смеётесь! – воскликнула словесница и сердито поправила платок. – Какая же это некромантия, если мы не трогаем ни людей, ни животных. Я знаю законы… Я говорю про корабль! Корабль!

– Как вы будете его поднимать, если он не живой?! – Лазарь Моисеевич фыркнул и с аптекарской точностью разлил по стаканчикам вино. – На что опираться? У вас в лучшем случае ничего не выйдет! Клархен, не заставляйте меня думать, будто…

– Я в здравом уме, – прервала его Клара. – Скажите, Александр Михайлович!..

– Идея безумная, – согласился Полковник. – Но в ней что-то есть!

Он поднялся и прошёлся вдоль стола. Ему казалось, что он вот-вот сообразит, в чём же права Клархен и почему идея поднять со дна морского останки «Ариона» не кажется ему невозможной.

Вещь, в которую вложен труд и любовь многих людей и которая существует достаточно долго, обретает индивидуальность. Смысл, который мы сами ей придаём. Душу. Мы, люди, ведь тоже творцы – пусть нам не дано создавать живых существ, не похожих на нас, но мы умеем оживлять мёртвые вещи воображением и любовью. Поэтому в каком-то смысле барк «Арион» обладал душой, к которой можно было обратиться через заклинания некромантии. Запретные, конечно, заклятия, но Полковнику во время оно приходилось ими пользоваться на службе. Оставалось только понять – какая она, душа мёртвого парусника?

– Идея безумная, – повторил Полковник, останавливаясь и круто разворачиваясь на пятках. Лазарь и Клара смотрели на него как на пророка. – Но попытаться можно!